Или это металлокремний? Или вообще какая-то силикоглина, запечёная вместо барбекю? Инозвёздные цивилизации всякое должны уметь делать. И не обязательна температурная обработка — может у них давно всё основано на диффузии, как у нас повсеместное телевидение из «Москва слезам не верит». Да ещё и диффундирует в каком-нибудь особом поле, например электромагнитном.
И чего я раскудахтакся, когда мозгов нет даже помечтать или раскинуться мыслью по древу? Есть оружие, примерно знаю, как оно работает, остаётся лишь проверить. Перстень же заряжаю без знаний какими нанотехнологиями он создан и что может в реализации. Меня бабушка с тремя классами образования снабдила таким знанием. Правда, предупредила ни с кем этим не делиться: не поверят и засмеют. Вот я и не делюсь ни с кем древними яджуджскими знаниями всю жизнь.
Так вот где кристалл питания заныкан! Синий кубик, пусть и не светящийся. А стреляльные кристалы намного крупнее — параллелепипеды зелёного цвета, не перепутаешь. Надо будет завтра перед восходом солнца их на крыше разместить, пусть заряжаются часика два. Сила ультрасовременных технологий в простоте. Солнце есть везде во вселенной, значит и питание всего, что в нём нуждается, должно быть именно к этому привязано. Всё лучше и безопаснее, чем атомное или химическое.
Жаль, что более мощных ружей нет. Бабуленция говорила, что у них красные кристаллы. Выстрел мощнее, но всего десяток можно произвести, а зарядки зелёных на двадцать пять, а то и тридцать хватает. И летит себе такой энергетический шарик, пока в цель не попадёт, как бы всасывается туда, а через мгновение взрывчик происходит. Небольшой, но действенный. В чью-нибудь кисть попадёт, небось по локоть руку оторвёт?
Когда базарные разведчики вернулись я уже план расписывал. На русском пока, потом будем переводить на испанский (как сможем), а наш переводчик пусть записывает.
— Велик-джан, мы всё узнали, дорогой. И про цены, и про Вторжение. Есть какой-то падре, который тебе более-менее подробно о нём расскажет.
Вот, зараза, это я вечно всякие слова выдумываю, когда словарного запаса не хватает или он мне надоедает. Сей Рафик Алибабаевич решил сократить слово «великий» и получился «велик», шайтан его раздери. А если прилипнет и в обиход войдёт? Как он потом будет кулинарить с оторванной головой? Я, что, голодным останусь? Заставить что ли обоих отжиматься от пола по-яджуджски? Тридцать секунд вниз — тридцать секунд вверх. Полезно, потому что не рывок качаешь, а жим!
— Саныч, а Игнатка-то причём?
— За то, что рядом стоит и глазами хлопает. Небось, по-русски уже понимает, но не признаётся.
— Великий Олег Санчо, я совсем плохо понимай и не умей признавай. Я только начинай…
— И этот охренел! Какой я тебе Санчо? Будете у меня в яджуджском режиме подтягиваться, скарлатины баралгиновые!
Они совсем обурели, теперь вдвоём обзываются. Понаехали тут, понаспускались с гор, как будто Монтерей им резиновый. Я ведь могу и приседать заставить по-яджуджски. Руки на поясе, ноги вместе, тридцать секунд опускаемся вниз, чтобы булочки на пятки легли. Чуток отдыхаем, а потом тридцать секунд распрямляемся. Мало не покажется.
— Кыш отсюда оба… Рафа останься. Давай подумаем, как нам вот эти кристаллы на крыше утром разместить, чтобы их солнце освещало.
Я не только мягкий, белый и пушистый, но и отходчивый. Меня хоть горшком назови, только сразу беги, пока я найду из чего выстрелить или чем кинуть. Зато потом, на похоронах, больше всех сокрушаться буду.
После обеда нам натаскали воду и дров — так что купание в лоханях вышло на славу. Хорошие добрые слуги всё наше отстирали, удивляясь некоторым ларопам (тканям), заодно нас посетил местный пелукьеро (парикмахер) и даже састре (портной). Пришлось с ним чуток поспорить, хотя брюки в принципе нормальные, а не шорты какие и не лосины. Пелукьеру, кстати, брадобрейной работы не нашлось, лишь лохмы в порядок привёл и подкоротил ровненько. Рафе вообще кайф — он уже лысеть начал, а из моей головы волосья безостановочно прут всю жизнь.
Сапогов принесли кучу, разных форм и расцветок, да ещё и разной мягкости. Причём, всё почему-то бесплатно, как будто мы на госсодержании находимся. Лошадок Игнасио отобрал на продажу, но лишь четырёх, включая мустанга женского пола. Приятно, но мешочек за них дали. Видимо нужный товар в местах, где велосипедов, мотоциклов и автомашин не водится. Наш индейский друг согласился заплатить из своей доли премиальных за тех лошадей, которых решил своим в горы отправить. Молодец, заботится о родне, не забыл их, вырвавшись на волю. Тем более, что двух индейцев нашли, которые согласились отправиться на берега Сан-Хоакинки с посланием.
