— Рафик, я сошёл с ума от радости. Глянь, что нашёл. Пусть немного, но обнадёживает! — протягиваю ему мешочек.
— Мама дорогая, Саныч, а это действительно золото?
Пришлось объяснять, что удача приходит лишь тем, кто в неё верит, а сомневающихся обходит стороной. Пока трындели возле входа, пока щупали и трогали фигуленьки из золота, пока тарабарили — произошло вдруг… Слышу, возле соседкиной пещёры кто-то громко рычит. Мешок бросил, винтовку в руку, помчался туда. А там какой-то здоровенный ягуар стоит и на нашу рычит и лапой с когтями в её сторону машет. Ягуарша в ответ тоже рычит, к земле пригнулась, вот-вот прыгнет. Ага, щаззз!
— Эй, громила хренов, иди ко мне сучий потрох, что ты к девушке прицепился, — мозги и здравый смысл уже отключились, одни инстинкты и подсознание работает.
Между нами метров тридцать, так он сразу отреагировал и ко мне понёсся. Три выстрела (один в голову)… винтовку за спину… шаг вправо, пока рука клинок из ножен достала… и рублю прямо по шее, когда он в последнем прыжке приземлялся. Нет, полностью не перерубил, но позвоночник явно пробил. Ягуарша как раз подбежала и остановилась в непонятках. Обошла здоровяка с другой стороны, подошла к тупой башке, лапой потыкала… Всё, родная, даже судороги кончились и кровища вокруг. Ещё лапой потыкала, потом легонько перепрыгнула через тело и ко мне. Я уже клинок вытер о вражескую шерсть и в ножны опустил. Соседка на меня посмотрела, снова на своего врага (а вдруг любовник и это у них такие брачные игры?) и подошла ко мне. Ого, потёрлась башкой о моё бедро. Ну, кошка и кошка, только большая. А я, чисто по-мужски, автоматически, погладил её затылок и почесал загривок.
Вдруг, глядь на вход в её квартиру, а там две мордочки и три лапки высовываются. Мелкие, куда четвёртую лапу спрятали?
— Глянь, мать, твои повылазили!
И кто сказал, что звери русскую речь не понимают? Повернула голову… и потопала домой. Хотя, женщина есть женщина, тюкнула меня хвостом по ногам, уходя. Типа по плечу похлопала? А мелкопузики растерялись. То ли к маме навстречу бежать, то ли спрятаться в норке, а потом отбрехиваться, что мама путает и они никуда не выходили. И не надо громко рычать и чем-то бабахать, им же страшно…
Сзади пыхтел Рафа с 74-ым калашом в руках.
— Извини, побоялся стрелять, чтобы в тебя не попасть. Позволь спросить, дорогой, а это не про тебя Шота Руставели книгу с картинками написал?
Меня уже начало трясти, как и положено после критической ситуации. Одно дело — отработать, не задумываясь, другое — последствия. Пришлось присесть на ближайший камень, чтобы адреналин угомонить.
— Нет, не про меня. Про моего дядьку Егора.
У родственника на стене картина висела с изображением чувака в тигровой шкуре. Я по малолетству и спросил кто изображен.
— Так это же твой дядя Егор.
— А где же его «виллис»? — был такой, Егорий его с войны привёз в качестве трофея.
— Так машина вон там, за деревьями, стоит.
А что делать, поверил взрослым и только теперь дошло, что подшутили надо мной.
— Скажи, Саныч, а тебе не страшно было, когда на тебя ягуар прыгнул.
— Рафаэль, я в тот момент спинным мозгом думал, это теперь страшно. Глянь, в нём явно больше центнера весу.
Момент необычности ушёл и мы пошли обратно к себе. Всё равно шкуры снимать не умеем, а тащить куда-то здоровенного кота пока не хочется. Лучше заесть нервную ситуацию и немного полежать перед сном. Чего-то одномоментно устал и даже самородковую мелочь разглядывать не хочется. Да, сам от себя не ожидал, что армейские навыки и умения враз вернуться, как только опасность нагрянет.
Ночью в том месте грызлись койоты, оставив на утро лишь хвост и ошмётки шкуры, которую раздирали, добираясь до мяса. Я и не слышал, это Рафик плохо спал и дёргался время от времени. А утром ещё сюрприз нагрянул. Я же говорил, что всё окружающее о нас знает, никуда не спрячешься.
— Олег Саныч, тут индейцы пришли, вон сидят недалеко от входа.
— Раз не нападают, значит с миром в гости заглянули. А ты по-индейски понимаешь?
— Не, не понимаю, только испанский знаю.
— Так выйди, поговори, пока я за золотом собираюсь. Вдруг кто-нибудь из них петрит?
Сказано — сделано. Уж как ара с краснокожими общий язык нашёл стало ясно лишь потом.
— Один из них несколько лет был на воспитании в какой-то испанской миссии. Знает испанский. В общем ты теперь герой, уважаемый.
Оказывается, вчерашний ягуар украл у племени и сожрал трёх деток и покалечил двоих охотников за последнее время. Получается, что я провёл миссию возмездия и теперь имею все права обитать в этом краю. А то что ягуариха к нам по-доброму относится, так это для индейцев навроде божественного намёка. Себя они называют якутами и живут здесь от сотворения мира.
— Уж не родня ли нашим якутам?
— Ты совсем не расслышал, ара, они ёкуты, а не якуты, понимать надо.
— Ну, ладно, как скажете, я человек покладистый. Хоть горшками обзовитесь…
