- Да. Я совершенно ясно дала ей понять, что твоё образование - это не предмет для распространения. Если она хотела прорекламировать твой выход в свет, то вперёд, но учёба и личная жизнь - это табу.
Я никогда не представлял, чем занимается мой пиар-менеджер. Этими вопросами всегда занималась мама. Мне оставалось только делать то, что она говорит.
- А кто, ты думал, рассказал прессе о прослушивании?
Я молчу. Она поднимает газету и начинает читать.
- Мам, когда я был маленьким, мне нравилось ходить на все эти прослушивания?
- Да. Каждое утро ты подходил, садился ко мне на колени и спрашивал, куда мы на этот раз собираемся. Казалось, тебе действительно нравилось. После прослушиваний мы обычно шли в Макдональдс потому, что я хотела, чтобы у тебя был своего рода опыт чего-то нормального - поесть жирную еду, поиграть с другими детьми... Не знала, что еще делать. Я была матерью-одиночкой, которая не планировала иметь сына с таким стремлением к известности.
Я прихожу к мысли, что во всём случившимся со мной, виноват только я. Ненавижу мать за то, что выглядела в моих глазах как типичная мамочка малолетней звезды, потому что она кто угодно, только не такая.
- Кстати, дорогой, в музее Гуггенхейма открывается новая выставка. Хочешь сходить в следующие выходные?
Большинство детей убили бы за такого понимающего и поддерживающего родителя. У меня есть такой, но всю жизнь её отталкивал. Потому что легче винить кого-то другого.
Но как только я осознал, что сам себе мешал быть счастливым, весь мир стал сразу более открытым.
Я чувствую себя счастливее, увереннее и сейчас, к счастью, один.
И возможно готов стать самим собой.
С тех пор, как говорится, я увидел свет, то осознал, что должен воспользоваться даром судьбы.
Эмма изучает меню с пристальным вниманием, словно вспоминает иностранный язык.
- Тебе действительно позволено есть подобную еду? Я не вижу в меню курицу-гриль.
- Эй, я делаю так раз в неделю. Добро пожаловать в мой сладкий нижний мир. Ты со мной или нет?
- Ой, определённо да. Подумываю о ванильном мороженном…
- Скучно!
- Дай закончить. C арахисовым маслом, горячим шоколадом, карамелью, зефиром со взбитыми сливками, миндалем и вишней, конечно.
- Конечно.
Эмма заказывает просто мороженое с фруктами из того магазина мороженного, который я открыл несколько лет назад, когда направлялся домой из студии Адской кухни. Теперь, когда Чейз Проктор слёг с лихорадкой (внимание спойлер! Она превратилась в неизлечимую болезнь, которая вводит меня в ступор... на тот случай, если когда-нибудь я захочу вернуться), я смогу вернуть своё лицо.
Мы находим место в углу и Эмма сразу усаживается. В последнее время она выглядела более уверенной. Мне кажется, мы все понимали, что она особенная, и я надеюсь, что она также это осознаёт.
- Надеюсь, не потеряю руку, если попробую укусить?
Эмма с удовольствием показывает липкое мороженое у себя во рту.
- Ой, прости.
Она берёт большую ложку и даёт остальное мороженое - вернее, все, что от него осталось, - мне. Для маленькой аккуратной девочки у неё большой аппетит.
- Итак, я работала над своей песней для шоу. Думаю, с ней пойду на прослушивание. А ты знаешь, что собираешься делать?
Приглашения на выпускное шоу были разосланы в начале этой недели. Я даже не обрадовался, когда получил своё.
- А что ты думаешь о том, если я покажу мои рисунки совету?
- Будет здорово. Мне понравилась та, где ты нарисовал Центральный Парк.
Она начинает тыкать ложкой воздух.
- Пуатилизм.
- Говоришь, как настоящий художник.
Странно слышать, как кто-то называет меня так. Художник.
Но дело не во мне. Я должен кое-что сказать Эмме. И догадываюсь - хотя, знаю наверняка - это не впервые, когда кто-то пытается её образумить.
- Я хочу поговорить с тобой о Софи.
Могу сказать, что реакция Эммы показала, как она обеспокоилась возможным моим воссоединением с ней. Я верю, что выражение “холодный день в аду” как можно лучше описывает эту вероятность.
Но вернёмся к сути.
- Ты же понимаешь, что она использует тебя, правда?
Эмма роняет ложку и немного сползает по стулу. Счастье ушло, просто взяло и ушло.
- Я знаю, что все думают, ладно. Я не настолько глупа. Думаешь, мне было приятно осознавать, что она появлялась только тогда, когда ей было что-то нужно. Вполне себе заметное поведение. Это очень ранит меня. Но что все ждут от меня? Она единственная, кто поёт мои песни. У меня бы духу не хватило на первом курсе выйти перед аудиторией и спеть - я даже не знаю, смогу ли сделать это сейчас. Так что последние три года, она вселяла во мне уверенность, исполняя мои песни. Я не могу просто бросить её потому, что решила попытаться запеть. Понимаю, что мы уже не такие друзья, какими были, но тебе стоит помнить, что я начала играть в группе без неё. У меня нет много времени на неё. Не говоря о том, что ем мороженое с её бывшим парнем. Так что не вини во всём Софи.
Она подбирает ложку и соскребает мороженое со дна стакана.
- Простите, мистер Харрисон? – официантка.
Я замечаю пожилую леди с камерой в руках.
- Пожалуйста, зовите меня Картером.
