Я сижу за пианино у Итана дома, делая последние штрихи в моей новой песни для шоу. В последнее время Итан часто слышал её, ведь мы вместе записываем альбом для дипломной работы.
Но кое-что в новой песне меня беспокоит. Вероятно потому, что всё то время пока я её писала, не чувствовала себя комфортно в связи отсутствием знания о том, что Софи исполнит композицию. Вместо этого там окажусь я. И конечно песня получилась очень личной, среди тех, что я когда-либо писала.
- Ладно, пошли прогуляемся. - Итан видит, что я застряла.
Мы покидаем его апартаменты и направляемся на запад. Воздух стал холоднее, рождественские гирлянды украшают городские фонари и магазины. Итан мало говорит, но когда мы проходим Коламбус Сёркл, понимаю, что пора разрядить обстановку.
Мы прогуливаемся по Бродвею, затем поворачиваем в сторону школы и проходим еще несколько кварталов на север. Мы оказываемся на Шестьдесят пятой улице и проходим мимо главного здания школы Джулиард, останавливаемся перед главным для школы концертным залом Alice Tully Hall. Мы поднимаемся по нескольким ступеням к Lincoln Center Plaza и садимся на край фонтана.
- Ты думала о том, что случится, если мы оба поступим? - Наконец Итан нарушает своё молчание.
Я пожимаю плечами. Честно, даже в голове нет ни одной идеи, что будет, если я поступлю.
- Знаешь, ты себя недооцениваешь. Сильно. Это граничит с саморазрушением, - я поднимаю взгляд и вижу, что он смотрит на меня. Итан складывает руки перед собой. - Ты самый бескорыстный человек, которого я знаю. Ты бросаешь всё, чтобы помочь Софи, нисколько не сомневаешься, когда поощряешь Картера в осуществлении его желаний, ты всегда поддерживаешь Джека, Бена и меня. Но в отношении себя ты так не поступаешь.
Молчание. Я не знаю, что сказать.
- Просто хочу, чтобы хоть на секунду ты увидела себя моими глазами. Ну или кого-то другого. И знаешь, после выступления с "Beat it" все были так удивлены? Но не я. Мне давно было понятно, что ты сделаешь это. Допускаю, что мой мозг не был способен представить, что ты сделала, но это было изумительно. Ты - изумительна, Эмма.
Чувствую, как мои щёки пылают. Итан продолжает смотреть на меня, а я не могу смотреть ему в глаза. Не могу. Мой взгляд сосредоточен на обуви. Знаю, надо что-то сказать.
- Спасибо. Правда, спасибо, Итан, - я продолжаю смотреть на пешеходов, прогуливающихся по площади; делаю всё что угодно, только бы не смотреть на Итана. - Просто... ты должен понять, что всю мою жизнь я была человеком за человеком, ну понимаешь? У меня никогда не было желания сверкать в свете софитов, быть в центре внимания. Я просто хотела делать музыку, вот и всё.
Итан кладёт руку поверх моей.
- У тебя действительно нет желания или просто так говоришь, чтобы оставаться на заднем плане?
- Должна была знать, что в конечном итоге всё сведётся снова к Софи. - Я вытаскиваю руку.
- Всегда так, правда? - Он вздыхает. - Дело всегда в ней.
Моё терпение иссякло в отношении вопросов про Софи. Она споёт одну мою песни на прослушивании для шоу. Я не отдаю ей почку.
Он поднимается и встаёт передо мной, так что у меня не остаётся выбора, кроме как смотреть на него.
- Убивает меня то, что ты всегда ставишь себя на второе место после неё. Она того не стоит, я хочу, чтобы ты увидела насколько прекрасна. Больше всего меня пугает, что ты бросаешь всё ради той, кто этого не заслуживает. Есть несколько человек, кто заслуживает, - поверь, знаю, что к ним не отношусь. Пожалуйста, Эмма, ради себя, прекрати пить кул-эйд. (прохладительный напиток фирмы Kraft Foods - прим. пер.)
Я ничего не говорю. Так устала защищать Софи. А, может, знаю, что в его словах есть смысл. К тому же, после всего того, что натворил Итан, вряд ли у него есть право кого-либо осуждать.
- Уже поздно... - я встаю и направляюсь к метро. Итан следует за мной, но мы не произносим ни слова всю дорогу.
Осталось два дня до прослушиваний на шоу. Во всех наших классах проходили репетиционные собрания.
Я в классе с Софи за пианино репетируем песню.
- Звучит здорово, Эмма, - Софи слегка приподнимает меня.
Одно хочу, чтобы Итан, Картер, да и все остальные поняли, что Софи хорошо отреагировала на то, как меня по ошибке сфотографировали и приняли за девушку Картера. Раз я рассказала мою версию истории, то всё встало на свои места. Ожидала много драмы, но она мне поверила и с тех пор не вспоминала.
Сейчас мы сфокусированы на том, чтобы выступить настолько хорошо, насколько сможем. Мы еще пару раз репетируем песню. Софи выглядит удовлетворённой, делая несколько пометок в тексте песни.
- Я собираюсь в туалет и может быть потом попить чай, - она прочищает горло. - Хочешь что-нибудь?
Я отвечаю, что ничего не хочу, и до того, как дверь успевает закрыться, её телефон, оставленный на пианино, начинает вибрировать и на экране высвечивается текстовое сообщение.
- Ой, Софи! – я беру телефон и зову её, но она успела выйти к коридор.
Я бросаю взгляд на экран телефона и замираю, замечая в сообщении от Аманды моё имя. Телефон кладу обратно. Не должна смотреть.
