– Да, почти в порядке. Сильный мальчик.
– Тогда едем. У нас есть несколько часов – вколол большую дозу. Свяжи его на всякий случай, веревка под сиденьем.
– Может быть, ее тоже прихватим? – спрашивает девушка, глядя в окно, – к машине приближается Яна, которая ни о чем не подозревает.
– Почему бы и нет? – соглашается Костя, вытаскивая второй шприц.
Стас останавливает машину около остановки на безлюдной незнакомой окраине, под тусклым желтым фонарем. С одной стороны дороги – стройка, с другой – новые панельные дома, до которых бежать и бежать.
– Что с тобой? Отравилась? – заботливо спрашивает Стас.
– Не знаю, – шепчу я и выхожу из машины, делая вид, что меня тошнит. – Не смотри!
– Да ладно тебе, не стесняйся, – отвечает Стас, вылезая следом за мной. – У всех бывает. Если так неловко – просто отойди за остановку.
Я отхожу, замираю, прислушиваюсь и бегу изо всех сил в сторону домов.
Стас врет. Не знаю, что он от меня хочет, но врет. Его рассказ складный и эмоциональный, я почти поверила ему. Но в одном он прокололся. В Маше. Той девушке, которая покончила с собой из-за Матвея. Во-первых, она не похожа на него – темноглазая брюнетка, копия Яны. Во-вторых, она приехала с Урала, где у нее был только отец-алкоголик, а он рос вместе с семьей в Москве.
Возможно, Алиса была не права, возможно, она ошиблась, возможно, Матвей убил двух Маш – абсолютно разных. Может быть еще тысяча «возможно»! Но я не верю Стасу. Кожей чувствую исходящую от него опасность. К тому же если Матвей такое чудовище, то почему он оставил в живых свидетеля его преступлений? Проще было бы избавиться от него.
У меня в голове крутится еще много вопросов: как Стас меня нашел? Если они были знакомы с Дашей, почему не рассказал следствию о своих подозрениях? И откуда он знает Габриэля? «Убегай так далеко, как только сможешь, принцесса. Я найду тебя и унесу с собой», – вспоминаю я сообщение от Матвея. Это любимое обещание монстра – отыскать меня и унести с собой. Эти странные слова привели меня в чувство. Это не Матвей, это монстр. И я должна получше спрятаться от него, чтобы он не смог меня отыскать.
Изо всех сил я бегу к домам, на ходу доставая из сумки любимый нож для писем. Задыхаюсь, чувствую боль в боку, но не останавливаюсь. Если бы я была в нормальном состоянии, ни за что бы не села в машину к Стасу, не стала бы верить его словам. Но я была морально убита, не могла мыслить рационально и слепо доверилась.
Я несусь по какому-то пустырю, падаю, встаю и бегу снова, подальше от Стаса. Я должна спастись. Не успею – и все пропало. Дома со светящимися окнами совсем близко, нужно сделать последний рывок. Последний! Я затеряюсь среди каменных джунглей, только бы добраться. Через арку я забегаю в пустой двор, понимая, что спасение близко, почти на ладони, однако меня вдруг больно хватают за предплечье. Я пытаюсь отпихнуть преследователя, но тщетно. Меня крепко держат. Страх едкой дымкой облепляет мое лицо, туманит зрение. Мне кажется, что это конец.
– Куда собралась? – спрашивает Стас, тяжело дыша.
Он догнал меня – оббежал дома и перекрыл дорогу. Понял, что я совершила побег. Его глаза злы, а улыбка напускная, будто высеченная из камня.
– Отпусти! – прошу я с отчаянием.
– Зачем ты убежала, дура? – злится он. – Я же сказал, что везу тебя в безопасное место! Что, хочешь, чтобы Веселов живого места на тебе не оставил? Чтобы прикончил? Да хватит дергаться, идиотка!
– Что ты хочешь? – спрашиваю я, крепче сжимая нож и пытаясь понять, куда его лучше воткнуть. Убить им нельзя, но ранить – запросто.
– Спасти тебя!
– Ложь! Ты мне соврал! – кричу я.
Его лицо меняется.
– Догадалась? А я ведь прекрасный актер. И ведь хотел как лучше, – выдыхает Стас. Он в ярости. Как же ты мне надоела! Столько проблем и…
Он не заканчивает фразу – я с силой втыкаю свой жалкий нож в его бедро. Стас орет от неожиданности и отпускает меня. Я снова бегу, но он вновь легко догоняет меня и валит на землю. Я пытаюсь кричать, но Стас закрывает мне рот ладонью, пахнущей табаком. И что-то вкалывает в шею. Мои руки и ноги моментально перестают меня слушаться. Глаза закрываются.
– Как ты меня достала, – с досадой шепчет Стас и оглядывается по сторонам – нет ли свидетелей? Что они оба в тебе нашли, а?
– З-зачем?.. – с трудом спрашиваю я, изо всех сил борясь с темнотой, которая накрывает меня.
– Потому что так хочет Габриэль, – весело отвечает Стас, и я теряю сознание.
Габриэль стоит у холста с картиной и рассматривает ее. Ему не нравится то, как на лицо мертвой девушки падает лунный свет и как ложатся тени. Жаль, что она уже покоится в земле под розами в саду, что находится за мастерской. И больше не может позировать.
– Что же делать? – сам себя спрашивает художник.
Он не чувствует удовлетворения от картины. Только лишь нарастающее беспокойство. Что же еще не так, кроме игры света и теней? Что же не так?
Его мысли прерывает телефонный звонок.
– Я привез его, – слышит Габриэль мужской голос.
– Спасибо, Константин. Расположи нашего гостя в особой комнате.
