Поколение iP полностью

Мы всегда сравниваем себя с окружающими, иногда завидуем, иногда снисходительно улыбаемся. Так устроены люди. Но мы точно никогда не оказываемся в самом низу пирамиды – всегда есть кто-то, кто беднее, толще, уродливее, глупее. Но бродяги вообще вне этой пирамиды. Им нет смысла сравнивать себя с нами, поскольку они не вовлечены в постоянную гонку за статусом и деньгами, они не имеют возможности приобщиться к поколению iP. Мы приходим к себе домой, принимаем душ, меняем одежду с грязной на чистую и идем ужинать. У них нет дома, нет чистой одежды и возможности принять душ, не всегда есть «ужин». Бродяга смотрит мимо нас, а мы мимо него – наши реальности не пересекаются. Ты можешь дать ему пару монет, и он тут же о тебе забудет.

– Простите, вы знаете, сколько стоит четвертый iPhone? – из спортивного любопытства спрашиваю я у бродяги. Я знаю, что худшее, что мне грозит, это молчание в ответ.

– Отвали, пацан.

– Наши реальности точно не пересекаются, – думаю я вслух.

– Сорок тысяч на вибратор с картинками, – бормочет мой собеседник, залезая в урну.

– Видимо, немного пересекаются, – додумываю я уже про себя, отходя в сторону.

Поколение iP отражается во многих зеркалах, хотя мы и сами не всегда осознаем, насколько сильно мы являемся продуктом окружающего мира. Бегство в индивидуальность затруднено, отсрочено на неопределенный срок. Наша сущность – это iPhone – дорогой аппарат в дизайнерской обертке, который имеет одну и ту же начинку. Взгляните, как велика индустрия чехлов (это слово даже не очень подходит для iPhone) – ведь они являются единственным способом для того, чтобы оставить себе хоть какую-то частичку индивидуальности.

В один из дней работы на саммите АТЭС моя коллега несколько часов выбирала себе чехол для iPhone. Оказалось, что вариантов «одежды» для аппарата сотни и тысячи. Есть даже чехлы-мозаики, на которых можно выложить собственный узор. Вот такая сложилась двойственная мода – с одной стороны элитарный клуб для обладателей одинаковых смартфонов, с другой стороны стремление каждого к индивидуальности. Впрочем, по моим наблюдениям первый мотив все же доминирует. Об этом говорит то, что многие носят «голые» смартфоны. Конечно, как же с ними иначе спать?

Не стремятся к индивидуализации своих смартфонов и представители высших слоев общества. Многие успешные бизнесмены пользуются продукцией Apple, зарегистрированы во всех социальных сетях, но при этом едва ли относятся к поколению iP. Это и не удивительно – у них есть секретарша и любовница, им некогда спать еще и с iPhone. Кроме того, цена аппарата для них почти не имеет значения – они не должны беспокоиться о его потере или порче, ведь легко купят ему замену. Это для нашего поколения iPhone означает несколько месяцев работы, длительное откладывание денег или долгожданный подарок от родителей. Как ни крути, субъективная ценность этого вибратора с картинками оказывается значительно выше.

Раньше я часто приходил на одно и то же место в парке около пруда, которое был укрыто от случайных глаз, но в тоже время находилось почти у всех на виду. И вот как обычно я пролезаю сквозь ветки деревьев и вижу, что мое излюбленное место занято. Там сидит какой-то мальчик, хуже того, этот мальчик плачет.

В любом другом месте я, возможно, не стал бы интересоваться у него что случилось, а предпочел бы остаться в стороне. Однако это было мое место, а значит – я чувствовал свою причастность к тому, что здесь происходит.

– Почему ты плачешь? – спрашиваю я мальчика, присаживаясь рядом с ним.

– Уходи, оставь меня в покое, – злится сквозь слезы мальчик, даже не взглянув на меня.

– Я не могу уйти, поскольку это мое место, – спокойно отвечаю я.

Здесь пришло время мальчику удивленно посмотреть на меня.

– Простите, я принял вас за другого… – извиняется он.