— За языком следи! Ты старший — пример подавать должен. Чтоб больше не слышал. — Дима потупил взор и молча кивнул. — А тётю Люду да, в первую очередь скормим.
— Давайте всё же не будем себе такого заводить? — В комнату вошла Лера. — Пойдёмте обедать.
— Солдаты, слушай мою команду — обедать шагом марш. — С улыбкой отдал приказ отец.
— Слушаюсь, товарищ лейтенант. — Дети побежали наперегонки на кухню.
Лера подошла к окну и посмотрела туда, куда только что смотрели её дети.
— Как хорошо быть маленьким — не замечаешь растерзанного на куски тела, зато готов с радостью скормить зловредную соседку с улыбкой на лице.
— Пойдём обедать. — Приобнял её Влад и, чуть подтолкнув в сторону кухни, повёл подальше от окна.
— Четвёртый день пошёл. Сегодня как-то тихо с самого утра.
— Да, выли только утром и то где-то далеко.
Арвинг и Кристина стояли у окна. Пейзаж не поменялся. Исключением стало лишь то, что порой осмелевшие от отсутствия серых великанов и бурых монстров люди начали выходить на улицы. Озираясь и пугаясь каждого шороха, они наводили порядок перед домами, где жили, а те, кто оказался здесь по воле случая, спешили убраться восвояси. Тела, которыми были усланы и проезжая часть, и тротуары, и дворы, постепенно убирались. Тела людей как минимум. Что делать с телами серых люди не знали — они явно чужие этому миру. Тел монстров, похожих то ли на больших бурых волков, то ли на слишком странных медведей, почти не было, Арвинг заметил из окна только одного.
— Может всё? — В голосе Кристины были надежда и усталость. Изредка они выходили на крышу, дабы подышать свежим воздухом. В этом они были не одиноки — невольные пленники их подъезда проводили там большую часть времени, благо неадекватно тёплая октябрьская погода была как нельзя кстати.
Пленников было порядка пяти десятков. Жители подъезда, которые в момент нападения были в своих квартирах, помогали, чем могли — питьём и едой в первую очередь. Сам Арвинг едва ли не раз в час выносил пятилитровую баклагу воды в подъезд. С едой было сложнее, но всем миром справлялись. Основная тяжесть помощи легла на плечи жителей нижних этажей, но отказывать сейчас было неправильно.
— Они выли утром — значит, они всё ещё здесь. Странно, что покинули наш район — это да. Но всё же — я боюсь, ничего не кончилось.
— А вдруг?
— Подождём ещё хотя бы сутки.
— Хорошо. — Кристина устало облокотилась на подоконник. Друг погладил её по плечу и с улыбкой сказал:
— Не зайди ко мне дядь Лёша за день до этой свистопляски — наверно, до сих пор лежал бы и разглядывал потолок. И не заметил бы, что мир инопланетяне захватили.
— Вот бы ты удивился, когда запасы еды кончились бы.
— Точно.
— Внимание всем, кто меня слышит, говорит лейтенант СБ центрального отделения СЗО. Есть кто на связи?
Шипение в радиостанции почти не менялось, однако сегодня волна не сбивалась, как три дня до этого. Батарея тоже не вечна и в эфир выходы стали реже, иначе сядет быстрее, чем хотелось бы.
— Назовите себя. — Сквозь помехи донеслось из динамика. Влад облегчённо вздохнул и, зажав кнопку передачи, проговорил:
— Лейтенант СБ Владислав Морев. С кем я говорю?
— Влад! Живой! Слава Богу! Это Кирюха!
— Ох, Кирюха, ты где? Что происходит?
— Я откуда знаю! Я на посту как сидел ночью, так и сижу там до сих пор. Не успел домой со смены. Нас тут десяток человек в штабе. Все живы. Ты как?
— Дома я. Четвёртый день сижу и радиостанцию мучаю.
— Ага, дык я тоже. Третий ак уже гоняю. Крысы говорят, что какое-то нереальное возмущение ионосферы — чёрт знает, что это значит.
— А кто из крыс там?
— Да два молодых, как их… Один высокий такой, тёмненький, второй поменьше.
— Ладно. И чего говорят?
— Да про ионосферу только и лопочут. Я даже не помню толком, что это. Говорят, что-то вроде магнитной бури, но гораздо сильнее и точечное. Когда Солнце, мол, бахает, то всё вырубается, а тут только техника. Людям хоть бы что.
— А по поводу этих с копьями?
— Инопланетяне, ёп! Они-то откуда знают? К нам хотели они людей с улицы запихать — мы забаррикадировались. А так они улицы вычистили за пару часов.
— У меня то же самое. Со вчерашнего вечера не видел никого из этих.
— Да. Мы уже выходили на улицу. Тишина. Утром где-то в районе Зимнего выли, примерно.
— Мне неслышно было. Вчера вечером только видел, как неслись стаи монстрил этих куда-то, потом тишина.
— Было де… — Сигнал начал пропадать.
— Кирюха! Не слышу.
— Три… са… с половиной… три с половиной часа… — Смог вычленить из накатывавшего шума Влад, после чего всё смолкло.
Что имел в виду Кирюха? Три с половиной часа. Сейчас одиннадцать двадцать утра. Либо в это время выйти снова на связь, либо через данный период времени. Так или иначе, обе точки сходятся на периоде между двух и трёх часов дня. Что ж — подождём.
Спустя три часа Влад начал снова делать попытки выйти на связь. В первую очередь, пробовал ту волну, на которой смог поймать Кирюху. Собственно, ни на какой иной этого случиться не могло. Радио зашипело, и тут же послышался голос приятеля по работе:
— … на связи?
— Слышу тебя, Кирюх, это Влад.
