Потеряв старшего брата в междоусобице с кланом Макдугласов Мэгги, дочь Блэра из клана Макаллистеров, придумывает дерзкий заговор с целью заставить горцев отказаться от военных действий: пока не завершится вражда, ни одна женщина из обоих кланов не будет готовить еду своему мужчине или делить с ним постель. Когда записной повеса Брейден принимает вызов и обещает положить конец бойкоту женщин, он явно переоценивает свои силы, так как Мэгги выросла среди мужчин и знает цену его обходительности и очаровательным улыбкам. От горца потребуется больше, чем его красивая внешность и хорошо отрепетированные слова, чтобы одержать победу и спасти девушку от врагов, жаждущих видеть ее повешенной.Перевод: SunnyРедактирование: 1–6 главы — upssss, остальные главы — Кьяра
Посвящается Монике, которой так не терпелось прочесть историю о Брейдене, Нэнси за ее мудрые советы и смех, Лиссе за большой труд и важное проникновение в самую суть, моим друзьям Рики, Селесте, Валерии и Шерил, которые помогли мне остаться в здравом уме во время безумия.
Как всегда, посвящаю свою книгу моим мальчикам: Кабалу, Мадугу и Иэну, моей матери и, с особенной признательностью, моему собственному герою, Кену, который научил меня верить в вечную любовь, когда я была уверена, что она меня надолго покинула. Вы подарили мне крылья, чтобы летать, и свободу, которая мне была нужна, чтобы выяснить свои пределы. Спасибо вам.
Особая благодарность победителям моего конкурса, которые придумали имена различным персонажам моей книги:
Пэт Гамбэри — Эйслин,
Фатин — Кенна
Лесли — Лахлан.
И больше всего я благодарна тебе, Читатель. Пусть с тобой всегда пребудут любовь и счастье.
У красивого, как грех, и еще более опасного, чем сам дьявол, Брейдена(2) Макаллистера был только один недостаток — он обожал всех женщин без исключения. В свои двадцать пять лет он украл неисчислимое количество сердец и очаровал женщин больше, чем звезд на небе.
Поговаривали, что в час его рождения даже повитуха была покорена игривым выражением личика младенца.
Эта женщина, которая помогла явиться в мир добрым пяти дюжинам малюток, тут же провозгласила дитя проклятием для любой девицы, которая будет так глупа, что подарит свое сердце такому, как он. Ибо в этом мальчишке, определенно, сидел бес. Это было видно невооруженным глазом.
Брейден и сам не мог понять, почему женщины так его пленяли. Он только знал наверняка, что все они вызывали его восторг. Ему было неважно, молода женщина или в возрасте, замужем или нет, красавица она или дурнушка, потому что в каждой он видел некое пламя, перед которым, как мотылек, не мог устоять. Женщины платили тем же, восхищаясь им.
Куда бы он ни пошел, всюду на его пути женские головки склонялись друг к другу с хихиканьем и вздохами, его слава сердцееда перелетала из уст в уста. Те из женщин, кто был знаком с его постельными талантами, смотрели свысока на тех, кому эти таланты были известны лишь по слухам.
Макаллистер же одаривал всех встреченных им особ женского пола шаловливой улыбкой. Он всегда был готов, отбросив дела, подарить минуту-другую любой дочери Евы, что не прочь поразвлечься.
Воистину, этот мужчина жил ради сладострастия, ради тихих, нежных вздохов удовольствия очередной своей возлюбленной в момент, когда он наслаждается, даря ей рай.
В постели он никогда не считал себя как следует удовлетворенным, пока его дама как минимум три или четыре раза не воспарит к небесам. А, надо сказать, этот повеса любил получать удовлетворение в полном объеме.
Как ни странно, его семья считала такое поведение пагубной склонностью.
Хоть убей, Брейден не мог сказать точно, что именно в женщинах так его пленяло. Может, запах? А может, ощущение мягких, податливых рук, скользящих в пылу страсти по его обнаженной коже?
«Нет», — возражал он сам себе — больше всего ему нравилось ощущать на языке вкус женского тела.
И прямо сейчас он был окружен сразу тремя дамами, сестричками из Гента(3), соперничающими в попытках привлечь его внимание.
Впрочем, одна из сестер, по имени Пайети, ныне имела к Генту весьма отдаленное отношение, так как прошлой зимой вышла замуж за Руфуса Ноттингемского. И хотя Макаллистеру очень нравился старый граф, всё же, на его взгляд, это было сродни преступлению — привязать полную жизни молодую женщину к мужу в три раза старше нее. Особенно, если этот муж обожал своих соколов и гончих гораздо больше, чем свою прекрасную новобрачную.
Пайети, вопреки своему имени(4), напропалую флиртовала с Брейденом с самого момента его появления в Англии. Он прибыл сюда три месяца назад, чтобы навестить своего брата и принести присягу на верность за свои английские ленные владения сюзерену, королю Генриху II.
Стараясь по мере своих сил избежать ссор с англичанами, красивый горец до сих пор ловко ускользал от хитроумных попыток юной графини его соблазнить.
Он даже не вспомнил об этих ее бесплодных ухищрениях, когда нынешним утром получил письмо от Руфуса. Граф приглашал Брейдена в свою резиденцию для разговора о кое-каких шотландских поместьях, которые надумал продать.
Однако, прибыв на место, шотландец с удивлением узнал, что хозяин вместе со своими братьями отбыл этим же утром во Францию, а в замке его с нетерпением ждут Пайети и ее сестры.
Первым порывом Макаллистера было ретироваться.
Но как он, простой смертный, мог отказать этим трем небесным созданиям, когда они лежали перед ним буквально полуодетые? Воистину, противиться такому искусу было выше его сил. Сопротивление повесы было недолгим, учитывая способ искушения такого большого ценителя наслаждений, как он.
