Да, она была готова – неистово, отчаянно, полностью готова. И теперь Джейн стонала уже почти безостановочно и даже всхлипывала – волны неведомого ей прежде наслаждения захлестывали ее одна за другой.
Но ей требовалось что-то еще, что-то большее…
Тут Алекс приподнялся над ней, удерживаясь на руках, а потом наконец-то начал медленно входить в нее, вызывая новые волны восторга. Джейн закрыла глаза, сосредоточившись на совершенно новых для нее ощущениях: казалось, что ее растягивают, заполняют…
– Ой! – вырвалось у нее. Джейн напряглась, ощутив резкую боль – словно что-то разорвалось у нее внутри.
Алекс замер и подождал, когда она расслабится, затем вошел в нее глубже – и в тот же миг Джейн ощутила новую волну наслаждения; и волны эти накатывали одна за другой, по мере того как Алекс входил в нее снова и снова.
«Я его люблю», – думала Джейн.
В какой-то момент она вдруг вскрикнула и содрогнулась всем телом, чувствуя, как в нее изливается горячее мужское семя.
Ошеломленная произошедшим, Джейн обвила руками шею Алекса и уткнулась лицом ему в плечо.
«О боже, я его действительно люблю», – подумала она.
Джейн проснулась, не очень-то понимая, где она и что с ней. В комнате начинало светлеть, но до полного рассвета оставалось еще не меньше часа. Но это же… Это вовсе не ее комната в Доме старых дев и…
Проклятье, она голая! И у нее болит между…
В следующее мгновение на нее нахлынули воспоминания о событиях последних часов.
Этой ночью Алекс дважды занимался с ней любовью.
Ммм… Она закрыла глаза, вспоминая этот второй раз. Все происходило так неспешно… Она спала, погрузившись в некий… гм… весьма волнующий сон про Алекса, а потом вдруг проснулась, ощутив его руку у себя на груди. Увидев, что она открыла глаза, он ее поцеловал и принялся ласкать. Затем, проникнув в нее одним пальцем, обнаружил, что она уже влажная, и, улыбнувшись, медленно вошел в нее.
И получилось так, что они одновременно взлетели к вершинам наслаждения.
– Боже, Джейн, я люблю тебя, – прошептал он, выскользнув из нее. И почти тотчас же заснул, обнимая ее за талию.
– А я люблю тебя, – ответила она, но он, вероятно, уже не слышал ее.
Джейн уставилась в потолок, все еще погруженный в полутьму. В первый раз еще можно было сказать, что во всем виновато вино, но во второй все уже было совсем по-другому.
О боже, она и впрямь любила Алекса.
Джейн повернула голову и посмотрела на него. Во сне он выглядел очень юным и совсем не походил на титулованного аристократа. Длинные ресницы веером лежали на щеках, а на лбу – прядь волос. Ей хотелось протянуть руку и отбросить волосы с его лица, но она не стала этого делать.
«Он позовет меня замуж, – подумалось ей вдруг. – Позовет, когда проснется. Более того: возможно, он решил, что своим поступком я уже сказала «да».
Он хотел жениться, искал жену. Ему требовался наследник. А порядочный человек не вступает в близкие отношения с девственницей, если не собирается на ней жениться. Даже Изабелла Дорринг, если верить легенде, думала, что выйдет за герцога замуж.
Что же касается Алекса, то она не сомневалась: он ее любил.
Снова уставившись в потолок, Джейн тихо прошептала:
– А я люблю его. Но достаточно ли этого для того, чтобы распрощаться с независимостью?
Она долгие годы мечтала о независимости, хитрила и интриговала, чтобы выиграть право на аренду Дома старых дев, после того как тот освободился. Неужели она откажется от всего достигнутого после одной восхитительной ночи?
Джейн нахмурилась. Нет, она не станет принижать значение того, что произошло. Вероятно, мужчины могут с легкостью забыть о таких вещах – в конце концов, Рэндольф регулярно посещал миссис Конклин в течение многих лет, – но она, Джейн, точно не забудет. То, чем она занималась с Алексом, – это куда значительнее, чем просто приятное времяпрепровождение.
«Тьфу ты, пропасть! А если я уже ношу его ребенка?» – внезапно подумала Джейн.
Она заморгала, глядя на потолок; в эти мгновения на нее нахлынули самые противоречивые чувства – от ужаса до восторга.
Что ж, если она беременна, то ей придется за него выйти. Не могла же она произвести на свет незаконнорожденного ребенка… Это было бы слишком жестоко по отношению к ребенку – особенно в том случае, если он окажется мальчиком, наследником Алекса…
О боже, Алекс же граф! И если она за него выйдет, то станет графиней! От этой мысли Джейн показалось, что на грудь ей внезапно плюхнулся слон.
Ох, если она выйдет за Алекса, ей придется отказаться от всего – от деревни, кабинета, библиотеки, людей, которых она знала всю жизнь. И придется покинуть Рэндольфа и переехать в дом графа… А также вести его хозяйство и знакомиться с прислугой, с арендаторами. И еще придется ездить в Лондон и вращаться в светском обществе…
Кроме того… Ведь Алекс живет неподалеку от своей сестры… Следовательно, придется постоянно общаться с леди Дианой, которая…
