Тогда она очень нервничала, но Алекс ее успокоил. Он прекрасно управлялся с детьми.
Кэт наконец выпрямилась и засмеялась.
– Похоже, Уилс проголодался. – Она взглянула на часы. – Да, точно по расписанию. Маленький дьяволенок ест каждые два часа, но зато уже лучше спит ночью. – Она села и как ни в чем не бывало расстегнула платье. – Давай его сюда.
Джейн протянула ей малыша, и тот, издав ликующий писк, потянулся к соску матери. Причем одна маленькая ручонка с растопыренными пальчиками лежала на груди Кэт и время от времени поглаживала ее.
О боже! Джейн охватила такая ужасная тоска, что даже дышать стало трудно. И ей вдруг вспомнилась их с Алексом ночь. О, какое же это было блаженство…
– Так ты его что, не пеленаешь? – Джейн ничего не знала о младенцах, но те, которых ей доводилось видеть, обычно были с пеленками.
Кэт засмеялась.
– Нет. Он плачет, если не может вытащить ручки. Ему нравится их сосать.
Должно быть, Уилс почувствовал взгляд Джейн, потому что на мгновение перестал сосать грудь матери и улыбнулся. Изо рта у него потекло молоко.
«Если бы мы только сделали тогда ребенка…» – подумала Джейн. Хотя, с другой стороны… Ведь жизнью Кэт теперь распоряжался этот маленький тиран, и не могло быть и речи о том, чтобы надолго его оставить, потому что мать являлась для него источником питания.
Но сейчас, когда она смотрела на этого прекрасного малыша, подобные неудобства не имели значения. И очень может быть, что существовало научное объяснение тому глупому влечению, которое она сейчас испытывала. Ведь если думать только о неудобствах и боли, связанных с деторождением, то ни одна женщина не согласится подвергнуться всему этому. И тогда род человеческий просто-напросто вымрет.
Но имелось и еще одно объяснение… Возможно, чувственная привлекательность супружеских отношений преодолевала сомнения даже самых разумных женщин.
Уилс выпустил сосок матери, и та, подняв малыша на плечо, начала поглаживать его по спинке, оглядывая комнату.
– Так странно не видеть тут Поппи…
– Полагаю, она решила, что в замке лучше, – со вздохом ответила Джейн.
Кэт нахмурилась.
– И это тоже странно. Поппи приходила и уходила, когда ей заблагорассудится, и так было с тех пор, как она впервые появилась в Доме старых дев почти год назад. Почему она вдруг решила перебраться в замок?
Джейн пожала плечами. Что ж, возможно, Поппи не нравилось жить под одной крышей с падшей женщиной. А впрочем… Нет, дело не в этом. Сопоставляя сроки свадьбы и беременности Кэт, можно было совершенно определенно сказать: она, Джейн, не первая дама из Дома старых дев, которая легла в постель с мужчиной еще до замужества, то есть не первая после Изабеллы Дорринг…
– Может быть, теперь, когда проклятие разрушено, Поппи больше не чувствует необходимости тут жить, – сказала Джейн.
– Но зачем перебираться именно в замок?
– Потому что там живет герцог Харт, – со смехом проговорила Джейн. – Ох, почему мы пытаемся понять мысли Поппи? Она же кошка. У нее нет никаких мыслей, не связанных с едой и вылизыванием.
– Да, верно, – кивнула Кэт, – но не очень-то уверенно. Очевидно, она тоже считала, что в Поппи было нечто сверхъестественное.
– Но едва ли она поселилась в конюшне, – сказала Джейн. – Где она выбрала себе место?
– О, это самое странное из всего… Представляешь, она упорно возвращается в ту комнату, которую отвели тебе на то время, пока мы с Маркусом и Уильямом находились здесь. И знаешь, горничные рассказывали, что она постоянно обнюхивает покрывало и всегда устраивается в одном и том же месте. – Кэт пожала плечами. – При этом экономка утверждает, что после твоего визита это постельное белье стирали много раз.
– А… понятно, – пробормотала Джейн. «Господи, пожалуйста, не дай мне покраснеть», – думала она.
К счастью, в этот момент малыш Уилс громко отрыгнул, и Кэт полностью сосредоточилась на сыне.
– Какой ты умный мальчик, малыш Уилли, – говорила она высоким певучим голосом, который часто появляется у взрослых, когда они обращаются к младенцам. – Да-да, очень умный!..
Малыш с радостной улыбкой смотрел на мать, казалось, и очень гордился своим достижением.
Тут Кэт приложила его к другой груди, и Джейн с облегчением выдохнула. Похоже, волновалась она напрасно. Кэт пришла только для того, чтобы посмотреть, каким дом стал после ремонта. Разумеется, герцог предпочел уклониться от этого развлечения: его такие вещи не интересовали, – так что можно было расслабиться…
– Мне все здесь очень нравится, Джейн, но я зашла совсем с другой целью, – внезапно заявила подруга.
Джейн невольно вздрогнула и закашлялась.
– Вот как?.. – произнесла она, пытаясь изобразить улыбку.
Кэт очень внимательно посмотрела на нее.
– Да, именно так. Пожалуй, у меня даже две цели.
«Все хуже и хуже», – промелькнуло у Джейн.
– Неужели? – Она опять растянула губы в улыбке.
– Да, целых две, – кивнула подруга. – Во-первых, я хочу попросить тебя стать крестной Уильяма.
– О!.. – Этого Джейн не ожидала. – Конечно, я согласна. Я очень польщена, но думала, что ты попросишь Энн.
