Вот только радостного в этом я для себя пока не находила: даже если я попытаюсь применить силу против них, у меня вряд ли что-то получится. Моя магия была слишком слаба, и ее хватало максимум на изготовление зелий, ну и еще кое на что… Такой я была изначально, несмотря на то, что и бабушка, и мама были сильными ведьмами. Но это разочарование я уже пережила, еще в детстве. Получается, я вообще ничего не смогу им противопоставить, и даже более беззащитна, чем другие.
Впереди идущая девушка чуть замедлила шаг, поравнявшись со мной, и я узнала в ней молодую ведьму с красивым каштановыми волосами, завитыми в спирали.
– Меня зовут Кора, – шепнула она мне, настороженно глядя на Ивону, шедшую впереди. – Ты как?
– Мадлен, – представилась я. – Если честно, не очень. Тебе тоже кажется подозрительным тот факт, что они не боятся, что мы воспользуемся силой?
Кора кивнула: – Да, это странно, но нам только на руку. Если они только попробуют… я точно не сдержусь.
– Ты не боишься наказания?
– Пусть так, мне все равно, Мадлен. У меня есть за что бороться, уж поверь мне.
Встретив мой непонимающий взгляд, Кора печально улыбнулась: – У меня осталась маленькая дочка, и она ждет, что я вернусь домой.
Кулаки сами собой сжались от злости. Эти нелюди забрали мать у ребенка, не пощадили их чувств. Впрочем, о чем это я? Именно так однажды пропала и моя мама, когда я была ребенком – просто вышла на рынок, чтобы продать кое-какие зелья, и больше не вернулась. Помню, бабушка, стоило нам понять, что она сильно задерживается, схватила меня и поволокла прочь из дома, не дав собрать даже необходимые вещи.
– Тише, Мади, тише, милая, – бормотала она, таща меня за собой какими-то одной ей известными темными переулками.
– Но мама… Когда она вернется… как же мы…
– Она не вернется, Мадлен, – в голосе бабушки послышались горечь и боль. – Уже не вернется…
*****
Я вынырнула из тяжелых воспоминаний как раз в тот момент, когда мы остановились у огромных дверей, обитых железом, и украшенных странными символами. Но сколько бы я ни вглядывалась в них, сколько бы ни пыталась прочесть, мне это так и не удалось. И по взгляду Коры, едва заметно покачавшей головой в ответ на мой немой вопрос, поняла, что ей они тоже не знакомы.
Двери распахнулись, выплеснув наружу яркий свет зажженных свечей, легкий, ненавязчивый аромат чего-то тягучего, сладкого и… ее. Магию. Опасную, подавляющую. Страшную. Ощущение чужой сгустившейся силы, сконцентрированной в одном помещении, было настолько мощным, что перед глазами на миг потемнело, но я заставила взять себя в руки. Тем более, другие девушки, в отличие от меня, таких проблем не испытывали – видимо, собственная магия защищала их лучше. Уже знакомая мне девушка в платье с открытыми плечами и вовсе застыла со странным выражением лица – глаза ее горели, ноздри трепетали от… предвкушения?
– Это Луиза, – шепнула мне Кора, когда мы чуть замешкались у входа, чтобы не создавать толчею. – Мы познакомились сегодня, пока ждали Ивону.
Я смогла лишь кивнуть в ответ, неотрывно смотря на мужчин, собравшихся в помещении, оказавшемся ничем иным, как огромным залом. Высшие инквизиторы… впечатляли. Все как один, довольно молодые – навскидку, я дала бы им от тридцати до сорока лет, не больше, высокие, мощные, с широким разворотом плеч и горделивой осанкой.
Одежда на них тоже была довольно странная, не такая, как была принята у мужчин в нашей стране: приталенные распахнутые камзолы из тонкой кожи и замши, под которыми виднелись белоснежные рубашки, широко распахнутые на груди, не скрывающие рельефных мышц и идеального пресса. Узкие черные брюки, обтягивающие длинные мужские ноги, обутые в высокие сапоги. Ремни с квадратными серебряными пряжками, в которые была вписан оскаленный профиль не то грифона, не то дракона, невольно притягивали внимание к внушительным выпуклостям чуть ниже, не скрытым камзолами. Красивые, хищные лица с глазами, чей опасный мерцающий свет я видела даже отсюда.
У некоторых, что казались немного старше, я заметила шрамы на лицах, но даже они не портили их, скорее напротив… Я скользила взглядом от одного высшего инквизитора к другому, и с ужасом понимала, что каждый из них – абсолютно каждый, смертельно опасен. Несмотря на их дьявольскую привлекательность как мужчин. И то, какими жесткими надменными взглядами они в ответ рассматривали нас, не оставляло сомнений: ни один из них не пожалеет. Не поможет. Не отпустит, пока не натешится вволю.
*****
Ивона заставила нас построиться шеренгой у стены. «Как рабынь» – подумалось мне. Я стояла, опустив голову, слишком остро чувствуя скользящие по мне заинтересованные мужские взгляды – чужие, обжигающие, слишком откровенные, не имея возможности как-то закрыться от них. Рядом со мной послышался не то тихий вздох, не то стон, и скосив глаза, я с удивлением посмотрела на Луизу, что стояла, едва заметно пошатывалась, прикрыв глаза. Неужели ей еще хуже, чем мне?