Покорить железную леди полностью

Я так и замер, задохнулся, глядя на нее, такую новую, такую… Родную. Сердце сдавило, голос пропал нахрен.

А Марго вскинула на меня печальные, заплаканные глаза, ахнула слабо.

И все. Все слова, что я готовил, аргументы мои железобетонные… Все это стало ненужным.

Только она, хрупкая и правильная. Для меня сделанная. Пахнущая так, как мне надо. Выглядящая так, как мне надо. В ней все было так, как мне надо. Так, как мне необходимо.

Я подхватил ее, обнял, сграбастал, обволакивая своим телом полностью. Защищая свою Железную леди. Нихрена не железную.

И Марго с таким облегчением зарыдала мне в грудь, что оставалось только терпеливо гладить, утешать. Тщательно скрывая радость.

Потому что я ужен понял, что она пожалела о своей вспыльчивости, пожалела, что выгнала меня. И наверняка есть этому объяснение, ее поведению. И оно самое простое и по-женски логичное. По-женски. Не по-мужски. И я его обязательно узнаю. И обязательно решу все проблемы.

Именно в этот момент, обнимая облегченно рыдающую Железную леди, я и понял, что мне нужно.

Она.

Мне нужна она.

Все так просто.

Вот такая, непонятная, сильная и в то же время слабая, железная для всех и плавящаяся воском со мной, отчаянно независимая и жаждущая поддержки.

Настоящая женщина. Настоящая Железная леди.

Ее можно сломать, но покорить…

Покорить Железную леди можно только сдавшись ей в плен.

– Почему шарики голубые, я не понимаю…

Мой зять Виктор вздохнул, забормотав что-то невразумительное, Марго презрительно оглядела его, отвернулась, набирая по телефону помощнице:

– Аля? Да, я была права. Конечно не то, что надо, купили. Розовые шарики, потом ленты, потом… – она развернулась опять, сощурилась на Виктора, которого мне в этот момент было искренне жаль, но кроме этого – ничего. Вставать под стрелой и защищать его… Ну уж нет, увольте. Сам виноват. Из всех женщин этого города умудрился жениться на дочери Марго… Самоубийца. – Прихвати еще парочку наборов подарочных для медперсонала. Скорее всего, тоже не то, что нужно, купили.

– И все я то, что нужно, купил… – пробормотал Витя, но тихо-тихо.

Он Марго побаивался, и я его понимал. Она – просто бешеная мать, за своего ребенка готовая рвать зубами. И потому Виктор в качестве зятя ее не устраивал. Хотя, по правде говоря, ее вообще никто бы не устроил, даже принц Уэльский. Но Катя – вся в маму. А потому разрешения не спрашивала ни для того, чтоб выйти замуж, ни для того, чтоб забеременеть.

– Ну что? Мы едем? Или моя дочь сама из роддома домой доберется?

Виктор кивнул и трусливо смылся в гелик их с Катей общего друга, Жарова Олега, когда-то невероятно крутого борца, а сейчас такого же трепетного папашу. Его жена, нереально красивая худенькая девушка, лучшая подружка Кати, уже сидела на пассажирском и нетерпеливо стучала ноготками по двери.

Марго, выгнув бровь, проследила отступление зятя, потом развернулась ко мне, подмигнула весело.

Я усмехнулся.

Вот любила она его покошмарить. А Витька велся каждый раз.

Дождавшись, когда жена сядет в машину, завелся и вырулил со двора.

– Господи… – Марго неожиданно прикрыла лицо руками, – я – бабушка… Кошмар какой. До сих пор не осознаю. А ты?

– Что я сплю с бабушкой? – засмеялся я, – не пугай меня, старушка!

– Получишь сейчас! – пригрозила Марго, поджав губы.

А потом задумчиво оглядела меня с ног до головы.

И этот взгляд вообще не понравился.

– Ты чего? Говори, что задумала, Марго! Я боюсь тебя такую.

– Да ничего-ничего… – Обманчиво сладко пропела моя Железная леди, – потом… Вот остановимся…

– А давай сейчас!

Ее тон мне не нравился все больше. Ничего хорошего это не предвещало.

– Нет, старушке надо подготовиться, мысли в кучу собрать… – уже откровенно издевалась она.

А я готов был остановить машину и силой выжать из нее информацию. Вот что она задумала?

Совершенно непонятно! Все, что угодно, можно ждать же!

– Марго!

– О, приехали! Сейчас, дедушка, подожди…

Мы остановились возле ворот роддома, где уже праздновали чью-то выписку. Скоро и наша будет. Катя звонила, говорила, что уже одевают малышку.

Марго покопалась в сумочке, потом достала маленький продолговатый конверт.

– Держи. Хотела потом, после праздника, но подумала, мало ли… Еще удар тебя хватит… Мне потом нового дедушку искать…

И выскочила из машины, прежде чем я успел рявкнуть: «Какого, нахер, нового дедушку???».

Я заглушил машину, кинул ключи на торпедо и рванул конверт.

И долго не мог понять, что именно держу в руках.

А потом долго не мог осознать, что это именно то, о чем я подумал…

Смотрел на Марго, спокойно выговаривающую что-то безответному Витьке. И поневоле представлял ее, худенькую, рыжую, невероятно красивую… С животом.

Если верить цифрам на тесте, через четыре-пять месяцев он уже будет виден.

Я понимал, что мне надо бы выйти. Надо бы что-то сказать. Обнять. Подхватить на руки… Она же наверняка этого ждет.

Но ноги слабели. И не слушались.

Я смотрел на нее в лобовое, и как-то расплывалось все перед глазами.

А Марго, неожиданно оставив облегченно вздохнувшего Витьку в покое, повернулась ко мне и так же, как и я, замерла. И смотрела, смотрела, смотрела.