Лейтенант Кэхтимэ дал Даби знак следовать за ним. Они сменили курс, поворачивая налево. Доран понял, что они больше не падают, а летят горизонтально, почти параллельно поверхности океана.
— Опускаться ниже 200 метров нельзя, — сказала Мичира. — Ни в коем случае. Даже солдатам Внешней Защиты.
А ведь так хочется! Доран как завороженный смотрел на эти могучие волны под собой. Вот бы пролетел прямо над ними и коснуться их рукой, как это делают буревестники, чуть опуская крыло в полете и оставляя в воде режущий след из брызг.
Но раз запрещено, то запрещено.
Океан омывал сушу, но был древнее. Глайдеры пролетели ещё немного, и Доран увидел линию песчаного берега. Она переходила в крутой склон. Плотные рощи деревьев из-за дождя казались лишь темными пятнами на коричнево-зеленых холмах.
Вот уже двести лет люди живут в небесных станциях. Когда-то им пришлось покинуть Землю… И Доран даже не думал, что когда-нибудь увидит ее воочию, не на учебных видеолекциях. Что же можно сказать?
"Она прекрасна", — подумал Доран.
— Я вижу что-то! — вдруг закричал Эргис и указал вниз.
Ребята всполошились — что, что там? Но Доран видел только верхушки сосен, изредка обнажающие поляны.
— Показалось. Думал, там стадо оленей, — расстроенно протянул Эргис.
Члены отряда Кэгэ обменялись взглядами. И хотя Доран их не слышал, но мог поклясться, что они сейчас смеются над ними.
Наконец, они прибыли.
Между небом и землей висела станция, совершенно непохожая на те, что видел Доран ранее. Жилые Кирби, Дийодэ и Таллак были тарелкообразными, сплющенными и правильными, всей своей гладкостью и практичностью созданными для удобства и долгого проживания. Листы гелиостатов впитывали и сохраняли солнечный свет, а верхняя площадка со всеми разметками и глиссадными огнями принимала гостей с внешнего мира.
Далан-Кин же обладал формой многогранника, с острыми углами и зеркальными гранями. Сурово и просто, ничего лишнего, но и никаких оптимизаций и компромиссов. Верхнее острие станции указывала на облака, нижнее на склон под ним.
Далан-Кин. Одна из трёх станций горизонта. Главный научный центр на четырнадцатом квадрате Северо-Восточного материка.
Никаких площадок для приземления не было видно. Далан-Кин был герметично закрыт и неприступен со всех сторон.
—
— В смысле? — заговорил Доран. — Ты же диспетчер, ты не будешь нас вести?
— Поскольку станция не жилая, а научная, разрешение нельзя запрашивать с Юхэ. Так что я ничего не могу сейчас сделать. Решение, впускать вас или нет, принимает администрация самой станции. А какое у них там настроение, никто не знает…
— Он же шутишь, правда? — буркнул Доран.
Почти восемь часов полета — не могут же они повернуть обратно из-за чьего-то настроения?
Даби и лейтенант Кэхтимэ сейчас летели рядом и о чём-то переговаривались.
— Всё чисто, — наконец сказала Даби. — Мы можем войти.
Когда "Хараначчи" приблизились, в одной из средних граней открылся люк.
— Продуктивного дня, — пожелал лейтенант Кэхтимэ.
— Благодарим за сопровождение, — отвечала Даби. — Доброй службы!
Кэхтимэ показал им большой палец, и отряд в угольно-серых комбинезонах отлетел от них, растворяясь в облаках. Казалось, что надвигающаяся гроза нисколько не пугала отважных солдат.
А "Хараначчи" по одному влетели внутрь станции.
***
Они оказались в узком тоннеле, освещенном сверху светодиодными лентами. Отключив двигатели, команда встала на ноги и отряхнулась от капель дождя. Было так тесно, что приходилось идти по одному. Доран догадался, что наверняка тоннель был спроектирован таким образом намеренно — чтобы лучше контролировать гостей с внешнего мира.
— Добро пожаловать, — раздалось сверху.
Под круглым потолком летала целая стая дронов. Их индикаторы мигали часто-часто, усиленно анализируя незнакомцев.
— Вы обязаны пройти процедуру дезинфекции. Разведите руки и ноги в стороны и смотрите прямо перед собой.
Из стены со всех сторон брызнули струи дезинфицирующего средства. Затем вода, чтобы все смыть, и потоки горячего воздуха, чтобы испарить лишнюю влагу. Только после этого им разрешили пройти дальше.
В конце тоннеля их ждал свет. Доран отчетливо расслышал шум воды. Неужели это водопад там, впереди, делится прохладой и сверкает алмазными бликами?
Но подойдя ближе Доран понял, что это не водопад, а дисплей высокой четкости, в четыре метра в высоту и три в ширину. Он транслировал правдоподобную проекцию водопада.
Даби подошла к экрану, стягивая перчатки. Доран выглянул из-за плеча Ханая и с любопытством смотрел на то, как она касается ладонью поверхности экрана. Прошли красные круги, как на настоящей водной глади. Затем система отсканировать лицо Даби, ее сетчатку глаза и ID карту.
— А безопасность у них тут на уровне, — шепнул Доран.
— И не говори, — подхватил Ханай.
