Клаус был не просто владельцем нескольких трактиров, но еще и занимался торговлей. Один из его сыновей заведовал этой частью семейного дела, попутно обеспечивая трактиры отца и братьев пряностями и продуктами с других островов. Именно ему я показала помидоры, и дала в дорогу рисунки кабачков, баклажанов, огурцов и перца. И хотя посмотрели на меня скептически, но обещали посмотреть, и если увидят, то привезти. Тем более, что сам Клаус никакого предубеждения не выказывал и предстоящих экспериментов на своей кухне ждал с азартным интересом.
Грей, провожавший меня на работу в первый вечер, заинтересовался тем, что я делаю. И рискнул повторить. Рецепт он запоминал быстро, делал аккуратно и ему очень нравился процесс превращения набора продуктов в готовое блюдо. Клаус, понаблюдав за этим пару дней, предложил парню место повара. Пока, как моего помощника, потом готовить самому, когда опыта наберётся. Трактирщик очень аккуратно обходил тему моей встречи с драконом.
Нашлась работа и Фарту. Благодаря его нюху мы могли не сомневаться в качестве продуктов и специях. Иногда крыс начинал тихо попискивать, сидя у меня на плече. Таким образом он давал мне понять, что я добавляю уже лишку. Я благодарила Фарта за помощь сухариками и орешками, и всё больше убеждалась в своих подозрениях, что мне достался любимец алхимика. Такое предположение хорошо объясняло умения и таланты крыса. А ещё его дружелюбие.
Готовила я ровно до одиннадцати часов вечера. Потом я выходила в зал и пела вместе с Лиром, Мархом и Даной. Мархом звали того здоровяка с волынкой, а Дана играла на флейте. Они оба были людьми, в отличие от Лира.
Оказалось, в Империи Небес жили не только люди. Но императорская власть, добираясь от одного острова до другого, подчиняла все народы своей жёсткой руке. Судьба тех, кто пытался отстаивать свою свободу и независимость была незавидна.
Лир относился к народу элраф, за что я его сразу окрестила эльфом, да и длинные уши с заострёнными кончиками вызывали стойкие ассоциации. Элрафы хоть и считали себя созидателями, но сопротивлялись длинным рукам империи десятилетиями. Буйная растительность и умение сливаться с окружающей природой играли местным эльфам на руку. Но в итоге, элрафы были разбиты, их города уничтожены, а население трёх мятежных островов почти полностью было согнано на тяжёлые работы на рудники. Кроме аристократии. Впрочем не пощадили и всех, кто относился к служителям храмов. Даже просто членов семей.
Лир скитался, перебивался с выступлений на улицах, перебирался с одного острова на другой. Так в дороге он сначала встретил Марха, а потом парни отбили Дану у пьяной компании. К счастью девушка не пострадала, а вот парни отлёживались несколько дней. Так и сложилось это трио. А теперь к ним добавилась и я.
Мы несколько раз ходили на Весёлую площадь. И мне это место напомнило новогоднюю ярмарку из фильмов про дореволюционную Россию и французский Двор Чудес одновременно. Бродячие артисты занимали небольшие пятачки и показывали свои номера кто во что был горазд.
Вообще площадей в городе было много, побольше и поменьше. Тут причиной была архитектура самого города. Дело в том, что сразу несколько улиц одного квартала сходились лучами друг к другу. Вот на больших перекрёстках таких лучей и образовывались многочисленные площади.
Возвращалась я домой в час, самое позднее в два ночи. Хоть я и была под защитой ошейника невесты, но нарываться на патрули, отлавливающие полуночников, мне не хотелось. В последнее время я полюбила сидеть с кружкой горячего отвара или молока на подоконнике и смотреть на ночной город. На его каменные мостовые, маскирующиеся под плющом битые окна и отсутствующую черепицу. Даже брошенные бочки и ящики у соседних домов не раздражали, а просто свидетельствовали, что вокруг меня бежит жизнь.
Сегодня я готовила сразу несколько блюд, в основе которых была лапша. Лапша с беконом и сырно-сливочным соусом, лапша с курицей, лапша с фаршем с луком и чесноком. То, что называется, блюда ставшие хитами моментально.
Но сегодня я решила рискнуть. К концу своего рабочего дня я нажарила две больших сковороды картошки с чесноком и налила два кувшина холодного молока. В зал я выходила, уже зная, кто сегодня будет моей жертвой.
Был в трактире один постоянный клиент, шумный, азартный и очень уверенный в себе. Но при всём этом его ценили наниматели, и уважали другие наёмники. Для многих, особенно молодых, он был ориентиром, за ним повторяли и к его мнению многие прислушивались. Короче, слово Старка Навары было очень весомым аргументом, и я на него очень рассчитывала.
Я вышла в зал, где меня уже по обычаю встретили криком и хлопками. Благодарность повару за хорошую готовку. Я окинула взглядом весь зал, отметила, что в зале не только хорошо знакомые лица, но и много новых. Стол в углу уже, наверное, день третий занимает парочка, которая бросается в глаза. Один вообще затянут в кожу с ног до головы, и даже лицо скрыто под маской. Второй блондин, на котором дорожная наёмническая куртка почти трещала при каждом движении плеч.
