А ведь могла бы просто сказать: «Я же не знаю туда дороги» или «Я змей боюсь». Или еще что-нибудь, что угодно, не имеющее отношения к подглядыванию за тем, как она купается.
Но ведь не сказала же!
— Ты что, боишься? — спросил я.
— Может, немножко и боюсь.
Мы пошли по дороге в поле и шли по ней, пока дом и амбар не скрылись из виду, а потом свернули на узкую тропинку, которой мы пользовались только весной, во время сева. Как только мы оказались там, она начала болтать. Я не знал, что ей отвечать, так что для меня было большим облегчением, что она сама знала, как управляться с такой ситуацией.
— Мне очень жаль, что с Хэнком так вышло, — сказала она. — Вечно он нарывается на всякие неприятности!
— Ты драку видела?
— Какую?
— Ну ту, в городе.
— Нет. Жутко было?
— Ага. Прямо бойня. Он их здорово избил, этих ребят… И потом добивал, когда драка уже кончилась.
Она вдруг остановилась. Я тоже. Она подошла вплотную — мы оба тяжело дышали.
— Скажи правду, Люк. Он первым взял эту деревяшку?
Глядя прямо в ее прекрасные глаза, я чуть было не сказал «да», но что-то меня остановило. И я решил уйти от прямого ответа. Он ведь ее брат, и в разгар одной из семейных ссор она может ему высказать все, что я ей скажу. Своя рубашка ближе к телу, как любил повторять Рики. А мне вовсе не хотелось, чтобы Хэнк заимел на меня зуб.
— Там была такая свалка, — сказал я и двинулся дальше.
Она тут же догнала меня, но несколько минут мы шли молча.
— Как ты думаешь, его арестуют? — спросила она наконец.
— Не знаю.
— А дедушка твой как считает?
— Да ни черта я не знаю! — Я-то думал произвести на нее впечатление, использовав кое-что из выражений Рики.
— Люк, не говори так! — сказала она. Никакого впечатления это на нее не произвело.
— Извини. — И мы пошли дальше. — А он еще кого-нибудь раньше убивал? — спросил я.
— Не знаю, — сказала она. — Он однажды ездил на север, — продолжила она, когда мы подошли к речке. — И там у него что-то было, какие-то неприятности. Но мы так и не узнали, что там на самом деле случилось.
Уж я-то был совершенно уверен, что там случились какие-то неприятности, раз там был Хэнк.
Речка Сайлерз-Крик течет вдоль северной границы нашей фермы, а потом, извиваясь, уходит к Сент-Франсис-Ривер. Место ее впадения почти видно с моста. По обоим ее берегам растут деревья, так что летом здесь прохладно и удобно купаться и плавать. Скоро она, правда, пересохнет, совсем уже скоро, да и вообще в ней чаще всего почти нет воды.
Я провел ее по берегу вниз, к каменистой отмели, возле которой было глубже всего.
— Вот оно, это место, — сказал я.
— Тут глубоко? — спросила она, озираясь по сторонам.
Вода была чистая и прозрачная.
— Примерно вот так, — сказал я, показывая себе чуть ниже челюсти.
— А вокруг никого нет, а? — Казалось, она немножко нервничает.
— Нет. Все сидят на ферме.
— Тогда ты ступай и подожди меня там, о'кей?
— О'кей, — ответил я и не двинулся с места.
— Ну давай же, Люк, иди, — сказала она, бросая свою сумку на землю.
— О'кей, — повторил я и пошел прочь.
— Только не подглядывай, хорошо?
И я почувствовал себя так, словно меня застукали на месте преступления. Небрежно махнул ей рукой, как будто ничего подобного мне и в голову не приходило, и сказал:
— Конечно, не буду!
Я взобрался на берег и нашел себе местечко в нескольких футах над землей, на ветке вяза. Забравшись туда, я мог видеть крышу нашего амбара.
— Люк! — позвала она с берега.
— Да!
— Никого нет поблизости?
— Никого!
Я услышал плеск воды, но не смотрел в ту сторону. Через минуту или две я медленно повернулся и бросил взгляд вдоль речки. Я не видел ее, и от этого мне стало немного легче. Каменистая отмель была за поворотом, к тому же здесь густо росли деревья и кустарник.
Прошла еще минута, и мне стало неуютно. Никто ведь не знает, что мы сюда отправились, никто и не станет пытаться за ней подглядывать. А когда у меня еще будет случай посмотреть, как купается красивая девушка? Я не мог припомнить ни единого конкретного запрета на это ни из проповедей в церкви, ни из Писания, хотя и понимал, что это плохо. Но может, это все же не самый страшный грех.
Поскольку дело явно касалось дурных намерений, я подумал о Рики. Что бы он предпринял в подобной ситуации?
Я спустился с вяза и пробрался сквозь подрост и кустарник, пока не достиг места прямо над каменистой отмелью, а потом осторожно раздвинул ветки.
Ее платье и белье висели на ветке. Сама она стояла глубоко воде. Голова ее была вся в белой мыльной пене, и она не спеша промывала волосы. Я весь вспотел и не дышал. Лежа на животе и глядя в просвет между двумя разлапистыми ветками, я был для нее невидим. Деревья больше качались под ветерком, чем я.
Она что-то тихонько напевала — красивая девушка купается в речке, наслаждается прохладной водой. И не оглядывается со страхом по сторонам, доверяет мне.
