Он чиркнул спичкой о борт грузовика и закурил. Это был длинный и тощий парень, он очень долго, насколько я помню, был настоящей баскетбольной звездой в средней школе в Монетте. Они играли вместе с Рики, пока Рики однажды не застали курящим позади школы. И их тренер, ветеран, потерявший на войне ногу, выгнал Рики из команды. Паппи потом целую неделю бегал по всей ферме Чандлеров, угрожая убить своего младшего сына. А Рики мне сказал по секрету, что ему все равно уже надоел этот баскетбол. Он хотел играть в футбол, но в Монетте не было футбольной команды, потому что летом и осенью все заняты хлопком.
— Я тоже, может, туда попаду, — сообщил Джеки.
— В Корею?
— Ага.
Я хотел было спросить, с чего это он взял, что может понадобиться в Корее. На что уж я ненавидел собирать хлопок, но все равно предпочел бы заниматься этим делом, чем получить пулю.
— А как же баскетбол? — спросил я. Был такой слух, что Джеки пригласили в команду штата.
— Да ухожу я из школы, — сказал он, выпустив клуб дыма.
— С чего это?
— А надоело. Двенадцать лет уже туда таскаюсь, больше чем любой другой из нашей семьи. Хватит, достаточно поучился.
В нашем округе ребята часто бросают школу. Рики тоже несколько раз пытался бросить, и Паппи в конце концов плюнул на это. А Бабка, наоборот, настояла на своем, и Рики в конечном итоге все же получил аттестат.
— Там многих ребят уже убили, — сказал он, глядя в пространство.
А вот этого я вовсе не желал слушать, так что ничего ему не ответил. Он докурил свою самокрутку и засунул руки глубоко в карманы.
— Говорят, ты видел эту драку с Сиско, — сказал он, не глядя на меня.
Я понимал, что вопрос об этой драке непременно возникнет во время нашей поездки в город. И припомнил строгое предупреждение отца — ни с кем этот инцидент не обсуждать.
Но Джеки можно было доверять. Он вместе с Рики вырос.
— Да многие ее видели, — сказал я.
— Да, но никто ничего не говорит. Эти хмыри с гор молчат, потому что один из них замешан. А местные молчат, потому что Илай всем велел заткнуться. Вот об этом как раз и говорят…
Я верил ему. И ни секунды не сомневался, что Илай Чандлер нажал на баптистскую братию, чтобы всем заткнуть рты, по крайней мере пока не будет убран хлопок.
— А что насчет Сиско?
— Да их вообще не видно. Легли на дно. Похороны были в прошлую пятницу. Могилу они сами рыли. Похоронили его позади методистской церкви. Стик с них глаз не спускает.
В разговоре опять возникла долгая пауза, а джин между тем продолжал грохотать позади нас. Джеки скрутил новую сигарету, прикурил и потом сказал:
— Я тебя видел там, когда шла драка.
Я почувствовал себя так, словно меня застукали на месте преступления. И все, что я смог из себя выдавить, было:
— Ну и что?
— Я тебя видел, ты был там вместе с мальчишкой Пинтером. А когда этот болван с гор схватил палку, я поглядел на вас и подумал, что этим малышам не стоит на такое смотреть. И был прав.
— Хотел бы я, чтобы меня там не было…
— Я тоже, — сказал он и выпустил аккуратное колечко дыма.
Я бросил взгляд в сторону джина, чтобы убедиться, что Паппи стоит достаточно далеко. Он все еще был внутри здания, в офисе, где владелец джина держал все свои бумаги. Между тем сюда подъезжали новые прицепы, они выстраивались позади нас.
— Ты со Стиком говорил? — спросил я.
— Не-а. И не думал. А ты?
— Говорил. Он приезжал к нам.
— А с этим болваном с гор он тоже говорил?
— Ага.
— Значит, Стик знает, как его зовут?
— Надо думать.
— Так почему ж он его не арестовал?
— Не знаю. Я сказал ему что там было трое на одного.
Он крякнул и сплюнул в кусты.
— Все верно, их было трое против одного, но совсем не обязательно было кого-то убивать. Мне эти Сиско вовсе не нравятся, они никому не нравятся, но ему не следовало их так избивать.
Я ничего не сказал на это. Он затянулся и продолжал говорить, а дым выходил у него изо рта и ноздрей.
— У него все лицо было красное и глаза так и сверкали! А потом он вдруг остановился и посмотрел на них, как будто его призрак какой схватил и заставил остановиться… А потом отошел назад и выпрямился и еще раз глянул на них, на лежащих, так глянул, как будто это сделал не он, а кто-то другой… Потом повернулся и ушел, пошел на Мэйн-стрит, а все остальные Сиско и другие бросились к этим ребятам… Они взяли пикап Роу Данкана и отвезли всех домой. Джерри так и не очнулся. Роу сам повез его в больницу, прямо посреди ночи. Но он говорит, что Джерри уже был мертвый. Череп пробит. Двоим другим еще повезло, они не умерли. Он ведь и их тоже здорово избил, как и Джерри. Никогда такого не видел.
— Я тоже.
— Я в на твоем месте пока что избегал таких драк. Ты еще слишком мал.
— Не беспокойся за меня. — Тут я посмотрел в сторону джина и увидел Паппи. — А вот и Паппи идет.
Он уронил окурок и затоптал его.
— Никому не говори, что я тебе сказал, ладно?
— Конечно.
— Неохота мне связываться с этим болваном с гор.
— Никому не скажу.
— Передавай привет Рики. Напиши ему, чтобы держался, пока я туда не прибуду.
— Напишу, Джеки.
И он растворился в темноте так же беззвучно, как появился.
Еще один секрет, который надо хранить.
