— Еще бы, черешневое — любимое вино короля.
— А мне больше нравится ее сок. И Фаолину тоже.
— Жаль он пропустил такое пиршество. — Вздохнула Нимлот.
— Не думаю, что он скучал. В Вакрохалле безусловно проводят не менее пышные праздники.
— Его высочество вернулся вчера ночью, ты разве не знала? — Удивилась девушка.
— Вчера ночью? И я, его сестра, узнаю об этом только сейчас?
— Полагаю, он отдыхает после изнурительной дороги, и пока не готов к граду расспросов о его внезапном исчезновении. — Заступилась Нимлот, вытянув руку, что бы коснуться ярко-зеленой листвы тополя. — У нас, служителей замка, ушки на макушке, мы все про всех знаем. Еще я слышала, что принц вернулся не один.
— Неужели с девушкой? — Иналия даже остановилась, пораженная больше своей абсурдной догадкой, чем новостью от подруги.
— Ха, с девушкой! — Раздался чей-то смех откуда-то сверху. — Ой!
Над головой громко хрустнула ветка. К ногам принцессы упал парень. Оцепенев от легкого шока, девушка принялась его разглядывать вместо того, чтобы помочь ему подняться, спросить не ушибся ли он. Златовласый эльф, впрочем, тут же вскочил на ноги, выпрямившись во весь свой невысокий рост. Он был ниже обычного эльфа, но полукровкой не являлся.
— Прошу меня простить, милейшая госпожа, от ваших слов я выпал в осадок. — Он склонился в неглубоком поклоне.
Нимлот подавила смешок, прикрыв улыбку широким рукавом.
— Видите ли, б`ольшего мизантропа, чем ваш брат, я не встречал. Он и заговорить с девушкой стесняется, какая может идти речь о том, что бы привезти ее домой и познакомить с семьей! — расхохотался эльф, звонко, чарующе.
— Да, это похоже на Фаолина. Вы не ушиблись? — Наконец вымолвила Иналия.
— Благодарю за беспокойство, милая принцесса, я в полнейшем порядке.
— Как ваше имя, фальт фра нангарсол*?
— Сэлаэль, сын Сальена из Вакрохалла. Прибыл посмотреть на чудесный город Маргинг по настоянию моего дорогого друга, что по совместительству является вашим братом и принцем славного королевства Джевелии.
Иналия поймала себя на том, что слишком долго смотрит на озорную улыбку, свалившегося ей на голову эльфа, и не может в полной мере осознать его слов, заслушавшись его звонким серебристым голосом.
От Нимлот это тоже не укрылось. Она наблюдала за подругой и уже не могла сдержать улыбки.
— Вы, должно быть, крайне возмущены столь эгоистичным поведением брата. Я знаю где он прячется. Могу предоставить вам возможность припереть его к стенке, если пообещаете мне рандеву.
Принцесса почувствовала, как у нее горят щеки. Это было столь непривычное ощущение, что она растерялась. Никогда раньше она так не смущалась. Отведя взгляд, она кивнула. Не то что бы ей так хотелось отчитать брата. Просто что-то внутри нее тянулось к этому эльфу.
— Вы найдете Фаолина у озера Алаль. — Просиял неожиданный новый знакомый.
— Спасибо, Сэлаэль. — Иналия произнесла его имя медленно, словно пробуя на вкус. И мысленно улыбнулась иронии. Имя низкорослого эльфа означало "длинная тень". При всей своей проказливой нагловатости, он показался Иналии обаятельным. А человеческий рост вовсе не портил привлекательности. Напротив, придавал ему определенную притягательность. Не говоря уж о бездонных карих глазах с зелеными крапинками, обрамленными пушистыми черными ресницами.
— Буду ждать вас завтра на закате дня в саду на мостике, что изящной дугой соединяет берега звонкого ручья.
— Я приду.
— Я буду ждать, о прекрасная Иналия. — Повторил он, отвесив поклон. И невероятным прыжком скрылся в кроне деревьев.
— Та черешенка была предвестником этой встречи. — Напомнила о себе Нимлот. — Хотела бы я, что бы и мне с неба женихи сыпались…
Следующие дни превратились для Иналии в яркий калейдоскоп свиданий с Сэлаэлем. Воспоминания отпечатались в ее памяти обрывками самых приятных моментов. Она помнила томительное ожидание встречи. Никого она не хотела видеть так сильно, как таинственного эльфа из Вакрохалла. Она помнила теплое чувство, разливающееся в груди сладким нектаром. Помнила, как мурашки пробирали ее тело от его прикосновений. Его серебристый волнующий голос. И то, как трепетало ее сердечко, когда она осознавала, что ради нее он жертвует своей индивидуальностью, изменяя своим привычкам, передвигаясь по земле, а не по ветвям деревьев, словно белка. Как в животе порхали бабочки всякий раз, когда он называл ее экорнин, бельчонком, за рыжину ее волос. Перед глазами то и дело вставали моменты, когда Сэлаэль расчесывал ее волосы и заплетал в фантазийные прически.
Иналия не сразу осознала, что влюбилась. Всячески это отрицала, когда Нимлот озвучивала свои наблюдения. А потом поняла, что это так. Ни с кем, кроме Фаолина и Нимлот, она не чувствовала себя так свободно. Никому, даже брату и подруге, не могла рассказать свои самые сокровенные секреты и желания. Но ему она могла довериться полностью.
