Под водой было темно. Деревья обступили водопады и реку, отбрасывая большую тень. Найт потерял ориентацию в пространстве и наглотался ледяной воды, но наткнулся на что-то твердое, оказавшееся человеческой спиной. Потом его подхватили и потянули вверх сильные руки. В малом количестве света он сумел разглядеть Хана, скинувшего с себя тяжелой куртку, но не выпустившего меч. Наконец-то вынырнув, оба парня закашлялись.
Найту казалось, что его вморозили в льдину, а грудную клетку стянули ремнями. Пока не выкашлял всю воду, он не мог нормально вдохнуть. В это время Хан тащил его к берегу, уверенно двигая в воде всеми четырьмя конечностями и даже умудряясь высматривать коня, который тоже отфыркивался и плыл.
Наконец они выбрались на холодные камни, заливая их водой, стекающей ручьями с волос и одежды. Издав горестный стон, Найт на животе выполз на траву и упал не в силах пошевелиться. По нему словно потоптался табун лошадей, в ушах бухало, а сердце было готово переломать ребра. Его била крупная дрожь, а ветер пронизывал до самых костей.
– Вставай. – Найта дернули вверх и сначала заставили сесть, а потом встать. Хан встряхнул его и сказал, пытаясь поймать рассеянный взгляд черных глаз: – Эй, ты хочешь околеть? Сейчас же раздевайся! Я разведу костер – надо высушиться. Ты слышишь меня?
Ответом ему было озадаченное выражение лица. Рассерженный Хан застонал, закатывая глаза:
– Демоны! Только не ори.
И он принялся быстро срывать рубашку с трясущейся статуи, глядящей на него круглыми, выражающими крайнюю степень недоумения глазами. Когда северянин потянулся к брюкам, статуя, наконец, сообразила, что нужно делать, и с криком «Убери руки!» оттолкнула его.
– Поторопись, – буркнул Хан, сбрасывая на траву свою рубашку и направляясь в лес за ветками.
Не прекращая дрожать, Найт обхватил себя руками и осмотрелся. Большой черный конь уже отряхнулся и стоял у высокой сосны. С его блестящей гривы капала вода, а черный глаз глядел на Найта с укоризной.
Покровитель хмурился, стягивая брюки и подбирая с травы свою порванную рубашку, а немного подумав – и рубашку Хана. Они что, будут сидеть у костра голышом, как дикари? Вот еще! Все равно Найт не может замерзнуть насмерть, а псих пусть делает, что хочет.
Спрятавшись за коня, у которого, похоже, были к нему какие-то претензии, Найт разделся полностью, выжал свою и чужую одежду и натянул мокрые брюки. Он стряхнул воду с волос и зачесал их пальцами назад, а потом вдруг осознал: чего-то не хватает, а точнее – кого-то.
– Кисточка! – в ужасе выкрикнул юноша. – Ох, пожалуйста, только не снова...
Она непременно должна быть жива! Ласки ведь хорошо плавают.
Босой и перепуганный Найт, чьи туфли остались в реке, закусив губу, заметался по небольшому участку, надеясь обнаружить свою маленькую подругу.
– Да здесь она.
С охапкой веток из-за дерева вышел Хан, а за ним выскочила Кисточка. Она подбежала к ногам юноши и с важным видом положила перед ним толстую мышь, как бы говоря: «На вот, ешь. Я поймала для тебя».
Выдохнув, Найт опустился на колени и погладил пальцем маленькую головку. Ласка гукнула и тут же забралась ему на плечо, слегка царапая голую кожу.
– Зачем мне твоя мышь? – шепот сорвался с побледневших губ, а пальцы ласково коснулись еще влажной шерстки. – Лишь бы ты была цела. Не бросай меня, ладно? Я...
Он не договорил и решил просто прикрыть глаза, чтобы успокоиться.
Наблюдавший за сценой воссоединения Хан уже развел огонь с помощью простой печати: любой, кто владел какой-либо магией, мог выучить несколько простых шаманских трюков.
Почувствовав тепло, Найт поднялся, подошел к Хану с мокрой одеждой в руках и молча протянул светло-коричневую рубашку:
– Твоя.
– Зря не снял брюки. Решил согреться только наполовину?
Найт дернул бровью:
– А ты?
Высокие ботинки северянина уже сушились, шнурки на них были расслаблены. Зато черные форменные штаны остались на Хане, который с ехидной улыбкой забрал рубашку и подошел к коню.
– Кто из нас молодой господин из города, а? – сощурившись, поддразнил он. Найт фыркнул.
Облегченное армейское седло чудом не свалилось со спины коня, а седельная сумка с вещами была примотана к нему намертво. Лучник вытащил запасные вещи и развесил сушиться у огня. Туда же отправилась и рубашка Найта.
Юноша вспомнил, как Аури выкрикнула название – Вороньи обрывы. Эти самые вороны, кстати, уже несколько раз пролетали мимо, громко каркая. Был еще кое-кто, упоминавший это место: Киран. А ето потенциальный Посланник, вроде как, должен обладать магией ветра. Той самой, что затормозила их падение. И, очевидно, с помощью нее Хан отводил в сторону крейнские стрелы.
Найт рассмеялся, привлекая внимание лучника, который в недоумении поднял брови и, по-видимому, раздумывал, не стукнулся ли бедняга головой.
Это было похоже на злую шутку. Как странно все совпало! Найт хотел встретиться с отказавшимся от контракта человеком? Встретился. Он хотел спасти его? Смертный и так прекрасно справился, да еще взял демона с Черничной горы в плен. Оставалось только посмеяться над своей глупостью.
