Все это на миг появлялось на голове Главного Жреца и тут же исчезало. Магическая защита не спасала.
– Богохульник! – стонал Главный Жрец. – Колдун! Пытай меня! Режь на куски! Оторви мне нос! Все равно не признаю!
– Ну и не признавай, – пожал плечами Курт. – Надоел.
Поставив Главного Жреца на ноги он зевнул.
– Забирай своих людей и уходи отсюда.
Главный Жрец посмотрел на него с интересом.
– А ты и в самом деле веришь в то, что ты Бог Повседневных Мелочей? – вкрадчиво спросил он.
– Нет, – ухмыльнулся Курт. – Я в это верить не обязан. Это твоя работа – верить. У меня других дел хватает.
– Ты и в самом деле похож на него, – признал Главный Жрец. – Но… почему здесь? Почему не в Главном Храме?
– Тут девушки красивые, – усмехнулся Курт. – И… тут меня любят, а там всего лишь верят.
– Но согласно канону… – не сдавался Главный Жрец.
– Разве не я определяю канон? – удивился Курт. – Ну надоел мне старый, мало ли…
– Все равно не верю, – уперся Главный Жрец.
Он и в самом деле не мог поверить. Просто не мог. Слишком много времени он пробыл на посту Главного Жреца. Слишком привык подменять волю Бога своей собственной. Дело даже не во власти – как раз властью он бы согласился поступиться. Дело было в другом. Явившийся самолично Бог разрушал его мир. Мир, в котором ему одному была известна подлинная воля Бога. Он один знал все толкования канона и все толкования толкований. Он один мог ясно и несомненно трактовать подлинную суть божественного. Он один прикасался к истине. Знал ее. И вот – на тебе! Появляется какой-то нахал, возлежащий на постели с девицами, и заявляет что он – Бог. Бог! Причем не какой-то другой Бог, до которого ему, Главному Жрецу Бога Повседневных Мелочей, нет никакого дела – так, мимоходом уважение оказать – а тот самый, единственный и неповторимый Бог Повседневных Мелочей, который может оспорить его правду, отменить его приказы и толкования, тем самым обрушив многолетнее здание собственной непогрешимости, которое старый жрец старательно возводил всю свою жизнь.
Недаром ведь говорят:"Мертвецы и Боги безопасны. Они далеко и слова не имеют." В результате чего толкователям раздолье. А тут – надо же! И ладно бы еще самозванец настаивал на собственной божественности. Пытками угрожал или еще чем – тогда понятно. Страшно, чудовищно, но вполне понятно: враждебный маг захватил храм с какими-то злыми целями.
Главный Жрец не был трусом. Он не боялся пыток и смерти. В конце концов, он прожил долгую жизнь, а магия позволит ему умереть достаточно быстро. Есть у него в запасе парочка заклинаний. Никакой Бог не одолеет. Так нет же! Презрительно брошенное:"Ну и не признавай!" ошарашило Главного Жреца больше, чем все остальное. Потому что Бог ответил бы именно так. Что за дело могучему божеству до какого-то жалкого последователя, который вдруг отказывается таковым быть? Вот уж чего-чего, а верующих в Отца Нашего Сигена хватает. Вот уж кому-кому, а Главному Жрецу хорошо это известно.
Главный Жрец не боялся пыток и смерти. Он прожил долгую жизнь, и ему нравилось то, что у него получилось.
Главный Жрец боялся совсем другого. В конце такой долгой, так тщательно отстроенной жизни, он боялся оказаться неправым. Это страшило его хуже любой пытки и любой смерти.
– Не признаю! – проскрипел Главный Жрец.
– Уходи, – поморщился Курт.
– Не гони его, – возразил Мур. – Он, по-своему, неплохой человек, а если ты его выгонишь – его там побьют.
– Побьют? – удивился Курт.
– Не иначе, твои красавицы тебе уши отдавили! – фыркнул Мур. – Неужели не слышишь? У входа в храм здоровенная толпа. Здешние обитатели прослышали, что их Бога обижают и… сюда они не войдут. Постесняются. Особенно после того, что ты в бане утворил.
– Я утворил? – возмутился Курт.
– Ну не я же! – хихикнул посох. – Так что если ты выгонишь этих красавцев, их как следует разукрасят, а то и убьют.
– Ладно. Не стану я их гнать, – вздохнул Курт. – Но что мне тогда с ними делать?
– Повелеть им уверовать в тебя, – ответно вздохнул Мур. – Мог бы и сам догадаться.
– Я идиот, – констатировал Курт.
– Боги тоже имеют на это право, – снисходительно поведал Мур. – Правда, в свободное от работы время, – тут же добавил он.
– Я все равно не поверю! – набычившись, пробормотал Главный Жрец. – Особенно после того, что услышал.
– Поверишь, – вздохнул Курт. – Сейчас ты у меня во все поверишь.
