Комиссар приезжает во Франкфурт-ам-Майн —молодой парижанин, пустой человек.— Отпирай! Отворяй! Отмыкай! Вынимай!Собирай и вноси! Восемнадцатый век!— Восемнадцатый век, — говорит комиссар, —это время свободы! Эпоха труда!То, что кончился срок прелатов и бар, —ваши лысые души поймут ли когда?Нет, не кончился вовсе, не вышел тот срок,и с лихвою свое комиссар получил,и ползет из щели осторожный ростокпод забором, где били его палачи.Этот опыт печальный мы очень учлив январе сорок пятого года,когда Франкфурт-ам-Одер за душу тряслив честь труда и во имя свободы.Комиссаром двадцатого века в расчетпринята эта правда простая.И трава, что во Франкфурт-ам-Одер растет,не из наших костей прорастает.<p>«В революцию, типа русской…»</p>В революцию, типа русской,лейтенантам, типа Шмидта,совершенно незачем лезть:не выдерживают нагрузки,словно известняк — динамита,их порядочность, совесть, честь.Не выдерживают разрыва,то ли честь, то ли лейтенанты,чаще лейтенанты, чем честь.Все у них то косо, то криво,и поэтому им не надо,совершенно не надо лезть.Революциям русского типа,то есть типа гражданской войны,вовсе не такие типы,не такие типы нужны,совершенно другие типыреволюции русской нужны.<p>Не винтиками были мы</p>Я роздал земли графскиекрестьянам Южной Венгрии.Я казематы разбивал. Голодных я кормил.Величье цели вызвало великую энергию.Я был внутри энергии, ее частицей был.Не винтиками были мы. Мы были — электронами.Как танки — слушали приказ, но сами шли вперед.Замощены наши пути раздавленными тронами.Но той щепы никто из нас на память не берет.<p>Декабрь 41-го года</p>Та линия, которую мы гнули,дорога, по которой юность шла,была прямою от стиха до пули —кратчайшим расстоянием была.Недаром за полгода до началавойны мы написали по стихуна смерть друг друга. Это означало,что знали мы. И вот — земля в пуху,морозы лужи накрепко стеклят,трещат, искрятся, как в печи поленья:настали дни проверки исполненья,проверки исполненья наших клятв.Не ждите льгот, в спасение не верьте:стучит судьба, как молотком бочар.И Ленин учит нас презренью к смерти,как прежде воле к жизни обучал.<p>Замполит</p>
