Находясь где–то между Копенгагеном и Берлином с «Wings», Пол не мог присутствовать на кремации, в отличие от брата Майка, который жил неподалеку от дома отца в Чешире. Когда высохли слезы на лице Пола, он решил, что Джим должен был понять, что жизнь продолжается. Кроме того, турне было хорошим поводом, чтобы отвлечься и забыть о постигшем его горе, даже если после концерта сердечная боль снова давала о себе знать.
Результатом эмоционального выздоровления Пола стало постепенное отстранение от его мачехи Анджелы и ее четырнадцатилетней дочери Рут. Они продолжали жить в доме, который Пол купил своему отцу, однако он дал понять, что больше не собирается оказывать им финансовую поддержку. Через десять лет Анджела взяла себе старую фамилию, Уильямс, и рассказала свою историю одной из газет.
«Мы для него не существуем, — жаловалась она в 1995 году. — Пол вычеркнул нас из своей жизни. Каждый год я посылаю ему рождественские открытки, но никогда не получаю ответа».
Смирившись с тем, что теперь ей придется жить без ее старшего сводного братца, Рут решает попытать счастья в профессиональном шоу–бизнесе. Еще с детства она училась петь и танцевать, а также сочиняла на гитаре и фортепиано. Свой стиль она сама определила как «спектакль»: мэйнстрим–поп — с ориентацией на таких вокалистов, как Лайза Минелли, Бар–бра Стрейзанд и Гэри Глиттер, который пел глэм–рок и все еще был в моде. Тур–менеджер Гэри Глиттера, Майк Мингард, был посредником при учреждении менеджерской компании в Биркенхеде, содиректорами которой были Рут и Анджела.
Не желая обеспечивать этим двоим условия, к которым они привыкли, живя с Джимом, Пол, как известный герой из «Richard Cory», «проматывал состояние» другим способом. Когда в мае того же года «Wings» были в Техасе, он и Линда купили лошадь, сбежавшую из загона; она не спеша прогуливалась вдоль дороги, по которой ехал автобус группы. Четыре месяца спустя они приняли участие в бесплатной вечеринке в одном из поместий в Беверли–Хиллз, где охотники за знаменитостями разглядывали прибывающие машины фирм «Мерседес», «Бентли», «Порше» и «Роллс–Ройс» и сплетничали о том, кто мог бы скрываться за теми или иными тонированными стеклами.
Британию тем временем захлестнула волна панк–рока New Wave, и персонажи еще недавно столь популярного паб–рока, такие, как «Асе» или «Dr Feelgood», стали постепенно уходить из чартов; кое–кто из подобных личностей быстро переквалифицировался на новый лад — как это сделали Ник Гарви и Энди Макмастерс из «Ducks De Luxe», вернувшись на сцену уже в составе «The Motors». Гарви было суждено сыграть эпизодическую роль в жизни Пола Маккартни — суперзвезды–миллионера, которого так ненавидели «The Sex Pistols», «The UK Subs», «The Damned» и иже с ними.
Маккартни недолюбливали за то, что в середине семидесятых он не сходил с телеэкранов, — по крайней мере в Британии, — что было равносильно навязчивой рекламе на ITV. Он и Линда участвовали в комедийном скетче на «The Mike Yarwood Show»; улыбались в камеру на концерте Рода Стюарта в лондонском Olympian перекидывались шуточками с Миком Джаггером, когда «The Rolling Stones» выступали на Knebworth Festival в 1976 году. Записанные поздравления четы Маккартни перемежались с забавными историями из прошлого, когда ливерпульского чемпиона по боксу Джона Конте, попавшего вместе с Кении Линчем, Кристофером Ли и прочими знаменитостями на обложку «Band On The Run», пригласили сняться в одном из выпусков «This Is Your Life».
Пол, кажется, не вылезал из студии «Top Of The Pops». Мало того, что в целях саморекламы он время от времени открывал рот под фонограмму своего очередного нового сингла на сцене, он и Линда всегда находились среди аудитории, поддерживая того или иного молодого исполнителя.
«Самое интересное, что когда–либо происходило со мной за время моих шоу, — вспоминает Дэвид Эссекс, — случилось в октябре 1975 года, когда мой сингл «Hold Me Close» занял первое место в хит–параде. Во время исполнения этого номера Пол и Линда Маккартни, которые присутствовали в студии в качестве зрителей, буквально подпрыгнули со своих мест и подхватили припев. Это был потрясающий момент, я никогда о нем не забуду».
Ведущий Саймон Бейтс с улыбкой вспоминает следующий эпизод:
«Как–то раз я веду передачу, и тут на сцену выходит Пол Маккартни и говорит мне: «Привет, Саймон, я собираюсь сыграть мою новую песню». Впервые за долгое время битл (!) появился «живьем» на шоу!»
