Кветка быстро кивнула и осмотрела людей. Лица у большинства не сказать что были счастливыми, но спорить никто не стал. Поразительно, но и среди квартов не нашлось тех, кто был против.
— После обеда разместите на выходе из столовой пункт продажи, там народу больше всего. Плакат напишите какой-нибудь с объяснениями. До вечера деньги наберете. Господин Тувэ, правилами академии это не запрещено? — Алехо перевел взгляд на преподавателя, а Кветка ощутила, как все происходящее плавно уплывает из её рук в чужие, забирая с собой тупое отчаяние и колючую ответственность. Непонятно только, радостно становилось от освобождения или печально.
— Я договорюсь, — мягко улыбнулся господин Тувэ. — Кветка, зайдите ко мне перед обедом, я подготовлю для вашего мероприятия магически защищенные от подделки купоны. Например, в виде медалек. Подойдет?
— Да. Спасибо, — выдавила Кветка. Вот уже не ожидала, что и преподаватель вызовется оказать помощь. Один Алехо чего стоил — а еще и этот.
Господин Тувэ молча кивнул.
— Теперь перейдем к занятиям. Проблема, я так понимаю, решена? — спросил он у минималистов. Лиза быстро кивнула головой, а Скрепка в последний раз всхлипнула, уже с облегчением, и уселась на место.
После обеда Кветка сходила с девчонками за купонами — блестящими, пурпурными и круглыми, как монетки, и окончательно отошла от дел. Продажей купонов занималась Лиза с Морковкой и Скрепкой, а Кветка сбежала от них в общежитие, где включила старую добрую комедию — один из фильмов, оказывающий на нее успокаивающее воздействие и позволяющийся примириться с минутным разочарованием, и смотрела на экран, пока с занятий не вернулись девчонки. Быстро отправив всех по домам, Лиза переоделась в домашние футболку и штаны. Машинально заплела косу и стала рассказывать.
По словам Лизы, вначале они стояли, как дуры, возле стола, который кварты обходили стороной, но после того, как выйдя из столовой, к столу подошла Лолодия в компании Фаустина, и каждый из них купил по пачке талонов, кварты повалили волной. Примерно полчаса понадобилось, чтобы распродать все.
— Коста купил сто штук, — Лиза опустилась на стул и тяжело вздохнула. — Если бы только я могла ему не продать эти чертовы талоны, а просто послать его на хрен! Но пришлось улыбаться и благодарить, — Синичка потерла лицо руками. Теперь, признавшись Кветке в своих грустных путаных отношениях с квартом, она не стеснялась комментировать и озвучивать свои текущие мысли. И оказалось, почти всегда они концентрируются на Косте и окрашены темными эмоциями. Если Лиза и верила, что она его забывает, то у Кветки всего за сутки возникли в этом серьезные сомнения.
— Последним пришел Алехо и выкупил всё, что оставалось. Осматривал нас там так внимательно, будто кого-то искал. Тебя, вероятно.
— Лиза, не надо.
Та неприятно улыбнулась.
— По крайней мере, у него будет одно несомненное преимущество перед твоими прежними ухажерами — ему и в голову не придет бояться, что ты ждешь серьезных отношений. Париться о подобной мелочи он и не подумает.
Кветка больше не стала просить замолчать, а встала и ушла в душ. На месте Лизы она бы тоже озлобилась, чего там скрывать. Никогда не было у Кветки какого-то глубокого запаса веры и душевных сил, просто до сих ей везло и сил тратилось ровно столько, сколько вырабатывалось. А случись нечто более масштабное и высоси у нее до дна веру в доброе… Исход очевиден.
Черная комната и эта яркая луна, почти отвлекающая внимание от человека, лежащего на кровати. От его призывной, полной обещания и ласки улыбки. Той самой улыбки, которую видят только очень любимые мужьями жены. Если повезет.
Сумасшествие какое-то. Кветка сделала холодную воду сильнее, чтобы быстрей охладиться.
А потом еще сильней.
«Подземный рай» сегодня был переполнен. Серебряные шесты так плотно обвешены стриптизершами, будто их тела нанизали, как шашлык, на шпажки. Красные неоновые лампы разве что в коктейль не совали в виде соломинок. А вот писсуары, к примеру, ими украсили.
Алехо прошел сквозь первый зал и свернул в коридор к ячейкам. Он снимал сейф с комнатой и уже по дороге достал ключ. Привычно огляделся — никого.
Войдя в комнату, заперся и переоделся, хотя особо смысла менять внешность не было — сегодня он и так приехал в джинсах и куртке. Но привычка осталась — лучше перестраховаться. К тому же это одна из черт, которые рождали на свет другого человека. Не Алехо.
Уходить пришлось по привычке через один из боковых выходов.
Бои сегодня продолжались дольше обычного и закончились далеко после полуночи.
К этому времени Алехо едва стоял на ногах. В ушах трезвонили предупредительные сигналы, ноги налились свинцом и качались, как будто их хозяин стоял на палубе корабля, прыгающего по волнам штормового моря. И самое неприятное — он терял контроль над бойцами целых два раза, первый боец встал посреди ринга, не зная, что делать, а второй вообще упал и не хотел подниматься. Пришлось повозиться.
Давно не было такой сумятицы в мыслях. Нет, надо наводить порядок.
