Выйдя за пределы основного скопления людей, Лоран уставился на алый шатер на окраине, медленно процеживая воздух сквозь стиснутые зубы, чтобы успокоиться и отогнать те чужие чувства, что возникли, будто зараза, моментально отравляя все его существо. Наконец сковывающее напряжение его отпустило. Лоран тряхнул головой и закрыл глаза, делая медленный глубокий вдох.
– Что произошло? – сурово спросила Нерисса, выждав какое-то время.
– Я не знаю, – вполголоса признался он.
– Ты словно оцепенел. Как в тот раз, когда мы с Беваном нашли тебя, Алиру и Хеши в темнице Моргота. Как это происходит, почему?
– Нерисса, я не знаю, – повторил Лоран грубее, чем хотел бы.
– Что-то должно было это спровоцировать. Сценка?
Лоран покачал головой, чувствуя новую волну ярости, что потянулась к нему из глубин подсознания. Его словно что-то гипнотизировало. Это было ужасное, парализующее чувство, и Лоран сам испугался того, что может сделать его тело с ним самим и как это отразится на окружающих. Его мысли путались, мышцы горели, жаждая действий, в мозгу пухло желание сделать что-то ужасное. Меньше всего Лоран хотел навредить Нериссе, по его вине ей и так пришлось несладко, поэтому из последних сил он пытался подавить изводящее чувство злости. Легкие начали гореть от нехватки кислорода, который становилось все тяжелее втягивать из-за кома в горле.
– Послушай, мне нравится ярмарка, – вдруг заговорила с ним Нерисса, и Лоран попытался ухватиться за ее голос. – Она такая, какой ты ее и описывал. Цветные флажки, торговцы-передвижники, развлечения, смех… Никогда бы не подумала, что стану частью такого торжества. Получается, ты сдержал свое слово.
Хватаясь за реальность и голос Нериссы, Лоран выполз из цепенящего дурмана и глотнул наконец воздуха. Медленно он закрыл глаза и снова вздохнул, на этот раз ничто его не душило. Когда дыхание восстановилось, а голос в голове прекратил нашептывать нехорошее, Лоран выпрямился. Ничего подобного с ним еще никогда не происходило. Это было похоже на припадок, безумие, во время которого он чуть не потерял себя самого.
– Спасибо… – выждав еще мгновение-другое, хрипло сказал он Нериссе.
– Не за что.
– Как ты поняла, что нужно говорить?
– Пару раз у Новы были похожие приступы паники, – невесело призналась Нерисса. – В первый раз я не знала, как помочь, и побежала за Гилмором. Он помог ей успокоиться, а мне сказал, что в следующий раз при подобных ситуациях нужно говорить.
Лоран молча кивнул и откинул со лба пряди волос. В памяти почему-то вспыхнул момент, когда они с Нериссой убегали Тайными коридорами из замка и девушка сложилась пополам рядом с лабораторией Кастора. Лоран не знал, что она тогда почувствовала, но догадывался, что ей было не слаще, чем ему при недавнем приступе.
– Тебе лучше не возвращаться на ярмарку, – заметила Нерисса. – Любая деталь может спровоцировать новый приступ.
– Все хорошо, – уверенно заявил ей Лоран и утвердительно качнул головой. – Просто давай держаться подальше от кукольного театра. Уж какая-то страшная была корона у куклы, которая изображала меня, – попытался отшутиться он, но вышло ужасно неубедительно.
Они вернулись на ярмарку и пошли вдоль ряда лавочников. Рассматривая расшитые платки, расписные тарелки и глиняные горшки, Лоран отогнал мрачные мысли о недавнем приступе и смог сосредоточиться на празднике. Следуя за Нериссой между рядами, он остановился около повозки с лакомствами и купил у торговца-передвижника два засахаренных яблока позднего осеннего сорта, которые, судя по хвастливым разговорам, тот лично перевозил морем с Гроузоса. Сладкие сами по себе, яблоки в сахарной корочке были просто невообразимо вкусными. Сок сочился из плодов и капал на снег золотыми каплями, и если бы не палочки, на которые были нанизаны яблоки, руки давно стали бы липкими.
– Призна́юсь, самая лучшая часть ярмарки – это еда, – проговорила Нерисса, восхищенно глядя на яблоко.
– Говоришь прямо как Алира.
Пока они проходили мимо лавки с узорчатыми платками, за которой стояла печальная женщина в черных одеждах, мимо повозки со специями и перевернутого бочонка, на котором показывал трюки фокусник, Лоран рассказал Нериссе о последних донесениях разведки с Нортфроза, о подготовке новой формы и о том, что Алира пришла в себя и уже даже встала на ноги.
– Нужно ее навестить. – Нерисса поднесла к лицу пальцы, покрытые карамельно-яблочным соком, и скользнула языком по коже, забирая с янтарными каплями последние напоминания о приторном лакомстве.
Лоран поймал себя на мысли, что ему хочется прикоснуться своими губами к ее и ощутить эту сладость.
Вокруг переговаривались люди и смеялись дети, затылок буравили косые взгляды. Прогуливаясь по своему отвоеванному королевству, Лоран вдруг захотел сбежать, как в прошлый раз, на Клык, на Рафтмор, хоть на Айскрохилл – куда-нибудь, где ему не пришлось бы думать о том, как тот или иной его поступок повлияет на многие вещи. Он отвел глаза от губ Нериссы.
