Ничего себе новость! Этот негодяй разгуливает по всей планете. Терл знал, что этим обрадует Хромого. Животное было вовсе не там, где думал старший член Совета. Да еще и войну разжигает среди мирных племен. Стаффор был очень способной политической марионеткой. Теперь его необходимо превратить еще и в военную марионетку. К делу!
– Итак, по существу договорились. Если чего-то не учли – решим потом, – сказал Терл. – Подписывай и через пару недель, а то и раньше, приступайте к исполнению своих обязанностей.
– Есть! – с готовностью отчеканил Снит.
– Что касается наград, – добавил Терл, – я постараюсь убедить кого надо предоставить тебе право убить это… насолившее тебе животное.
Снит отправился к себе, в старый город, в сопровождении Ларса, стойко терпевшего вонь во имя великого учения Гитлера.
В подземных помещениях на базе у озера Виктория было прохладно. Ангус задействовал мощную систему охлаждения, и атмосферная влага оседала на теплообменниках вдоль стен, стекая на пол мутными лужицами. Гудел минералоискатель, зеленовато горел работающий экран, в который напряженно вглядывались Мак-Кендрик, Ангус, сэр Роберт, Даннелдин и Джонни. Тяжелая безобразная голова психлоса, более восемнадцати дюймов в диаметре, лежала на столе. Основную ее часть занимала кость. Череп напоминал человеческий, и при плохом освещении можно было ошибиться. Там, где у людей находились глаза, брови, губы, нос и уши, у психлосов выступали костистые образования. При осмотре они не казались ороговевшими, и лишь прикосновение выдавало их жесткость.
– Кость! – воскликнул Ангус. – Почти такая же твердая, как металл, – не проникнуть…
Кто-кто, а Джонни мог засвидетельствовать это, помня, как быстро оправился Терл после удара охотничьей дубинкой.
Ангус изменил настройку, отрегулировав прибор на поиск металлов. Он увеличил глубину проникновения на пять делений.
– Стоп! – остановил доктор. – Вернись немного, кажется, я что-то заметил.
Прибор регистрировал наличие извести. На экране отразилась ничтожная разница плотностей, небольшое пятно. Ангус сфокусировал луч точной настройкой. На экране четко проступили внутренние кости и извилины. Пять пар глаз следили неотрывно. Пальцы шотландца нажали на другую клавишу, включив еще один луч, с другой стороны объекта.
– Подожди, – попросил Мак-Кендрик, – верни луч на пару дюймов к полости рта. Да, здесь. Подрегулируй. Есть! Вот оно…
Действительно, на экране проявилось плотное темное пятно, задерживающее излучение. Ангус включил режим записи.
– Они что-то вставляют в мозги! – заметил возбужденно Роберт Лиса.
– Не спеши, – остановил его Мак-Кендрик, – рано еще делать выводы. Это может быть просто застаревшим ранением.
– Да нет же, нет, – волновался Роберт, – слишком гладкий!
