Когда атакующие приблизились, из окон в них ударили длинные струи огня. Это горела очищенная и распыленная нефть, выброшенная из длинных бамбуковых труб, сконструированных наподобие насосов. Раздались крики и стоны обожженных людей.
Такого оружия в Хань не знали, и мятежники боязливо отступили.
И все же, подбадриваемые криками и понуканием командиров, они решились на вторую атаку.
Она закончилось так же плачевно, как и первая. К струям огня добавился хлесткий дождь из круглых камней, размером чуть поболее грецкого ореха. Их, странно ухнув, выплюнуло приплюснутое, похожее на барабан устройство, которое защитники выкатили из боковой двери терема.
Тогда, удалившись на безопасное расстояние, атакующие начали обстреливать защитников дома из арбалетов.
Осада грозила затянуться.
Между тем, защитники усадьбы неожиданно перешли в наступление.
Прикрывшись большими щитами странной, прямоугольной формы, они метали в ноги нападавшим бронзовые диски с острыми шипами. Шипы дробили кости и оставляли глубокие, рваные раны.
Обескураженные и вытесненные за пределы усадьбы мятежники начали совещаться.
- Я думаю, вам лучше оставить эту затею. – Неожиданно прозвучал позади них звонкий, молодой голос.
Мятежники, все как один, повернули головы.
В нескольких метрах от них стоял юноша в сопровождении двух десятков людей в крестьянской одежде.
- Да это же сынок хозяина! – Крикнул кто-то. – Убейте его.
- Несколько человек схватились за арбалеты.
Спустить тетиву они не успели. Еле уловимое глазом движение среди спутников юноши, и стрелки со стоном выпустили из рук арбалеты. Из предплечий и запястий рук каждого из них торчали глубоко впившиеся в плоть острые палочки.
- Горные Братья! – Выдохнул один из солдат. – Только они могут это делать.
Сказанное возымело на мятежников такое же действие, что и удар молнии.
Никто из них не пошевелился, и не пытался что-либо предпринять. Слишком много легенд и невероятных историй рассказывали о Горных Братьях.
Мятежников окружили и заставили положить оружие на землю.
Навстречу Ли и его друзьям вышли защитники усадьбы. Впереди них, прихрамывая, семенил его старый слуга Юн.
- Вы живы! Я так счастлив видеть вас, господин! – Кричал он юноше.
- Юн, где отец? – Спросил Ли.
- Они ушли во Дворец Величайшего еще утром. И с ними двадцать человек охраны.
- А Фэй не появлялся? – С надеждой в голосе поинтересовался Ли.
- Нет, господин. Я давно не видел вашего друга.
- Боюсь, это серьезно. Но, осмотрим дом. Кто-нибудь пострадал?
- Трое ранены стрелами. Один - тяжело.
Ли и его спутники вошли в усадьбу. Несколько Горных Братьев остались у ворот.
Внутренние помещения не пострадали, хотя мятежники и пытались поджечь терема.
Раненых перевязали, затем старший из Братьев обратился к Ли:
- Нас просили несколько дней побыть рядом с вами. Опасность все еще велика.
- Благодарю вас. Но я должен найти своего пропавшего друга, вернее…друзей. Он пытался проникнуть в планы предателей, и я боюсь, что они разгадали его замысел.
- Хорошо. Мы будем искать их вместе с вами.
Напротив Чжу-туна сидел его враг – Главный Советник Императора.
Все произошло настолько стремительно, что мятежник так и не успел прийти в себя.
Хитроумное здание государственного переворота, выстроенное и любовно взлелеянное им на протяжении последних лет, рухнуло в одночасье.
Нивесть откуда взявшиеся люди сорвали все его планы. Даже охрана, набранная из лучших солдат Империи, была обезоружена в считанные мгновения.
Чжу-тун был схвачен. Прекрасно понимая, что все кончено, он попытался покончить жизнь самоубийством. Но ему не предоставили даже такой возможности.
Два человека молча смотрели друг другу в глаза.
Ни один писатель не смог бы передать всей сложности чувств, переживаемых
этими смертельными врагами.
Главный Советник заговорил первым.
- Прежде чем передать тебя в руки судей, я хочу задать один единственный вопрос: несколько дней назад бесследно исчез воспитанник Сына Неба. Что тебе известно о его судьбе?
Чжу-тун пошевелил сложенными на коленях руками.
- Ничего. Я слишком занят для того, чтобы следить за каждым мальчишкой в Поднебесной. Поищи его в притонах Чаньани. Или среди торговцев – вряд ли, ты не знаешь, что юнец обожает деньги.
- В таком случае, нам не о чем говорить.
- Напротив! У меня есть весьма серьезное предложение, которое не может тебя не заинтересовать.
- Если ты думаешь, что меня можно купить…
- Нет. Так я не думаю. Но хорошо знаю, что тебе будет трудно устоять. В конце концов, мы оба - потомки великой страны, погибшей тысячелетия назад. Мы даже говорим с тобой на одном языке. И нам должно быть решительно все равно, что творится в Хань, Чжоу, Чао-сяни и прочих государствах-одуванчиках. Что тебе до них, до этих желтых народов?
- Посмотри на свое лицо. И ответь мне: какого оно цвета?
