Полет над бездной (СИ) полностью

― Подожди, дай мне сказать. Я был не прав, когда убежал вчера. Я люблю тебя и хочу заслужить твое прощение. Я хочу бороться за тебя и твое сердце. Я не хочу больше смотрел украдкой на твои фотографии, слушать твой голос по телевизору и жалеть, что не могу тебя коснуться, поэтому… я… прошу… тебя…

Он не смог договорить. Рука его ослабла. Телефон выскользнул из нее.

― Сэт! Сэт, что случилось?

Но вместо ответа она слышала лишь шум.

Максимус вышел из палаты Сэта и уверенно сказал Илье.

― Это вторая кома.

― Каковы шансы, что он выживет? — спросил Вересов дрожащим голосом.

― Шансов нет, — прошептал Максимус. — Я думаю, он не продержится и недели.

― А операция?

Максимус отрицательно покачал головой.

― Но почему.

― Сейчас остается шанс на чудо, но если я положу его под нож, я просто убью его. У него слишком слабое сердце, что бы позволить ему пережить такую серьезную операцию, понимаете? Я хотел бы его спасти, но я бессилен.

― А если искусственное тело?

― Илья Николаевич, мне все равно нужен его мозг, а он поражен.

― И что нам делать?

― Надеяться. Я не верю, что он может так просто умереть! Он не из тех, кто умирает так просто! Поэтому, я хочу, что бы он жил! Он еще не достиг своей цели, что бы умереть! Он будет жить!

Моя жизнь. Сейчас она кажется мне презренной и я давно свел бы с ней счеты, но я слишком слаб для такого решения.

Кем были мои родители? Да никем они не были! Просто черные маги без имени и титулов. Возможно, они были хорошими людьми. Возможно, они даже любили меня, но я никогда этого не узнаю, ведь я совсем их не помню.

Я рос в детском доме, среди таких же никому не нужных ребят и девчонок, а вот когда пришло время учиться, моя истинная сущность проявилась. Что я испытывал к тем магам, что выбирали себе учеников? Призрение! Они казались мне мелкими и ничтожными. Что они видели в людях!? Этого я до сих пор не могу понять. Они, казалось, выбирали себе не учеников, а домашнего питомца. Разглядывая детей, как обезьянок в зоопарке, они выбирали тех, кто по крепче и по резвее, а я не интересовал никого. Сложно представить меня тогда. Мне было лишь шесть лет, но уже тогда, я был нелюдимым. Сидя в углу, я наблюдал за всем этим с искренним пренебрежением, не боясь ни жизни, ни смерти. У меня не было ничего родного. Я не дорожил ничем в этом мире. Тогда и пришел он — Арлар Миклот. Он был совсем другим. Он не стал разглядывать детей, а просто окинув комнату взглядом, подошел ко мне.

― Почему ты сидишь здесь совсем один?

Я не нашел, что ответить.

― У тебя есть друзья? — продолжал расспрашивать маг.

А я молчал, не понимая, чего хочет этот человек. Я не понимал его, да и не хотел понять. Я лишь мечтал избавиться от его присутствия, что бы он ни мешал мне быть одному.

― Ты не хочешь говорить со мной?

Он утомлял и раздражал.

― Неужели я настолько неинтересный?

― Противный, — выдавил я, обнимая колени и прячась за них, как за щит.

― Как ты смеешь! — начала воспитательница, но маг остановил ее властным жестом.

― Ты считаешь меня противным, но почему?

― Вы такой же лицемер, как и все!

Маг весело засмеялся.

― Что смешного? — обиделся я.

― Ничего, извини. Просто я не ожидал от тебя таких наблюдений.

Он сел рядом.

― Я понимаю, что ты злишься. Я даже знаю почему…

― Откуда ты можешь знать!?

― Я тоже сирота, — тихо ответил маг.

Я замер глядя в его глаза. Мне вдруг стало так спокойно. Он ведь и правда вел себя не так, как остальные. Он вел себя по-другому, а значит — был другим!

― Я хочу взять тебя в ученики.

Я молчал.

― Как ты на это смотришь.

Если бы этот вопрос задал кто-нибудь другой, даже не знаю, каких бы гадостей я ему наговорил, но этот человек, заставил смотреть на него, как на чудо. Он заставлял верить себе и я не знал, что ему сказать, поэтому просто пожал плечами.

― Я — Арлар Миклот, маг третьего высшего уровня, — представился он, вставая.

Я тоже встал.

― Идем со мной, — предложил маг, подовая руку.

Я несмело коснулся этой руки, не веря, что это случилось. Мне казалось, что он исчезнет, поэтому я не сводил с него глаз и взяв его за руку не отпускал до самого его дома.

Он улыбался, глядя на меня. Я забавлял его или, возможно, напоминал его самого.