— В самой силе, если можно так сказать. Само слово мало что объясняет: простонародный суррогат для длинного научного термина. Способность, дар, свойство, метод — никто так и не выбрал единый вариант. Убить с помощью внутренней силы гораздо легче и эффективней, чем застрелить в упор из самого мощного лазера. Сложности начинаются тогда, когда нужно "открыть" ее в себе и научиться ею пользоваться.
— Я не совсем понимаю, как именно…
— Использовать силу — все равно, что превратить волю в броню от пуль, или одной мыслью остановить чье-то сердце. Внешне атака силой похожа на молниеносную вспышку, которая растягивается от твоей руки до тела противника. Чем выше ты, тем сильнее твой силовой удар. Можно использовать силу и для других целей: направлять ее на предметы, создавать сверхдальние тоннели, управлять сознанием. Все это я знаю с чужих слов, поэтому за достоверность не ручаюсь. У меня самого довольно низкий уровень, да и восстанавливаюсь я после ее использования долгое время. Хуже всего, что высшего ничем, кроме силы, не свалишь. Да, есть "орионский" лазер, машина убийства, который способен серьезно навредить им, но таких всего-то существует под сотню штук и достать их сложнее, чем доказать нашему министру, что он в чем-то ошибается.
— У меня крепнет мысль, что мы Запредельному, мягко говоря, не противники…
— Ничего. Должен же был Ронштфельд на что-то рассчитывать, когда посылал меня сюда…
— Тише.
— Что?
— Мы здесь не одни.
Прислушавшись, Майкл уловил слабый, неровный звук шагов. Появление Стила не было неожиданностью: генерал не мог не оставить за собой последнее слово в споре, даже прошедшем без его участия. Неспешность, с которой он завернул за угол, объяснялась вполне прозаически: гордости Майкла польстило то, что Стил до сих пор прихрамывал на правую ногу.
— Что это с ним? — прошептал Джонсон.
— Сырость вредит машинам, — с серьезным видом ответил Майкл. Это сравнение пришло ему на ум из-за почти механической точности, которой порой отличались движения Стила: рука генерала не знала, что значит дрогнуть на спусковом крючке.
— Твоих рук дело? — догадался майор.
За Майкла ответила скромная улыбочка. Не произнеся ни единого слова, Стил присел рядом с ними. Его неподвижный взгляд оставался верен горизонту, когда он заметил:
— Отвратительное сегодня утро.
— Не знал, что вы любите поговорить о погоде, — усмехнулся Майкл.
Худые пальцы генерала выудили из пачки новую сигарету.
— Вы, Майкл, — вдруг произнес Стил, — прекрасно понимаете, что министр совершает очень серьезную ошибку. Он ошибался и раньше, но в этот раз все зашло слишком далеко. Если ему удастся затея со "Штормом", последствия будут катастрофичными — в первую очередь, для вас и для вашего начальства из штаба ВВС.
— Насколько катастрофичными?
— А настолько, что генерал О'Хара уже не будет генералом, — резко произнес Стил, дав понять, что на самом деле он имеет в виду гораздо худшие последствия. — Если мы допустим, чтобы министр и его союзники продолжали вести свои игры, то многих очень скоро отправят под трибунал… не говоря уже о том, скольких жизней будет стоить замена существующих истребителей на "Шторм" с непоправимыми ошибками в конструкции.
— Вам-то что, генерал? — спросил Майкл, которого раздражала манера ставить жизнь простых солдат на последнее по значимости место. — Вы ведь не сядете за решетку. Так какая вам разница, окажусь ли там я?
— Можете называть это дружеской заботой.
— И что вы предлагаете?
— Поговорите с Эксманом. Он может повлиять на министра — в особенности, когда дело касается его личных интересов.
— А почему бы вам самому с ним не поговорить?
— Ваше любопытство невыносимо, — сухо заметил Стил. — У меня нет ни малейшего желания открывать вам глаза на очевидные вещи.
— Боитесь, что он вас не послушает?
Уколы в адрес самолюбия Стила были той приятной мелочью, которую Майкл мог позволить себе, общаясь с генералом. Переступи он грань дружеского подшучивания — и мало кто поручился бы за его здоровье или даже жизнь.
— Советую вам забыть это слово, — ответил Стил, затянувшись с пристрастием, противоречившим каменному выражению его лица. — Страх — человеческое чувство, не имеющее ко мне никакого отношения. Поговорите с Эксманом, если не хотите досрочно распрощаться с вашими погонами.
Как не сильна была воля седьмого, Майкл порой замечал, что Стил стоит за шаг до того, чтобы сломить ее. Пытаясь уйти от давящего ледяного взгляда, он произнес:
— Кстати, забыл вам представить майора Джонсона… если, конечно, вы с ним не знакомы, генерал.
Джонсон обернулся с явным нежеланием. Глаза Стила сощурились. Майклу показалось, что он пытался скрыть некий проблеск чувств, который шел вразрез с тщательно оберегаемой бесстрастностью.
— Майор Джонсон, — медленно произнес Стил. — Встретить вас здесь… думаю, это больше, чем просто совпадение.
— Встретить вас — это всегда приятное совпадение, сэр, — ответил Джонсон, нещадно расправившись со словом "приятное".
— Слышал о недавнем случае с вашим самолетом, — вздохнул Стил. — Надеюсь, вы удачно приземлились?
Лицо майора покрылось бледными пятнами.