— Не знаю, — резко ответил Майкл, злившийся на себя за то, что впутал Стила в это опасное предприятие.
— Если, — продолжил он, — они схватят его, но решат, что пользы от него уже никакой, то у генерала нет шансов. Шонга не заботят другие люди, а тем более, бесполезные заложники. Так было в "Хитроу", когда я столкнулся с ним в первый раз. Он использовал заложника как "живой щит": мы никак не могли подобраться к нему с удобной стороны, зато в нас стрелять было проще, чем по мишеням в тире. В конце концов, у моего товарища по группе захвата сдали нервы, и он выстрелил… но попал в заложника. Тот человек был еще жив; при желании Шонг мог бы протащить его сквозь тоннель в соседний терминал, но терять время на раненого он не захотел и тут же выстрелил ему в затылок. Пока все идет по плану, Шонг будет защищать заложника, как собственного брата, но если возникнет реальная опасность, или же ему откажут в выкупе, он убьет, не задумываясь.
— Майкл, — произнес Джонсон, понизив голос, от чего тот зазвучал зловеще. — Стил ведь не зря это сделал. Это был его выбор, он рискнул вместо нас и, возможно, спас наши жизни…
— И что с того? — чуть ли не выкрикнул Майкл. — Хочешь вернуться? Бросить его? Дождаться, пока Шонг пустит пулю ему в затылок?!
— Я этого не говорил!
— Тогда к чему ты ведешь?
— Понимаешь… — проговорил майор, мучительно подбирая слова. — Ты, наверное, привык, что люди не всегда говорят то, что имеют в виду, а часто и совсем противоположное… В общем, мне кажется, что Стил полностью отвечал за свои слова, когда сказал тебе уходить.
— Хочешь сказать, он понимал, что в здании его ждут солдаты из будущего?
Джонсон скептически повел бровью, что могло означать и согласие, и несогласие.
— У меня отвратительное чувство, что за нами следят, — внезапно сказал он.
Это была не попытка сменить тему: Майкл давно ощущал, что вокруг них не все так благополучно.
— Стой, — сказал он. — Стой и не двигайся.
Джонсон замер; его пальцы нервно сжали пистолет. Но Майкл молчал. Молчал он потому, что каждое слово могло стать последним в его жизни.
— Смотри, — шепнул он, чуть подняв руку и указывая на потолок.
Они стояли под лампой, дарившей коридору выцветший желтый свет. На продолговатом стеклянном футляре едва заметно поблескивала легкая паутина. Ее нити были охвачены почти невидимым движением, тонкие, невесомые… а внутри лампы, под стеклом, ползли и переплетались их черные тени, пульсирующими движениями, словно щупальца мрака, охваченные неумолимым стремлением разбить тонкую стеклянную перегородку.
— Стреляй! — внезапно крикнул Майкл.
Осколки стекла разлетелись в стороны. Свет начал гаснуть, тьма — поглощать безлюдный коридор, расползаясь по стенам и полу, словно разлитая черная краска.
— Поздно… — прошептал Майкл, перехватив руку майора с пистолетом. — Стой… не двигайся… не касайся темноты…
Круг света, их клетка и ловушка, оставил Майкла и Джонсона на грани тьмы, лицом к лицу с тем, что скользило во мраке, едва касаясь их своей тенью. Чувства Майкла были напряжены до предела: он чувствовал, как вдыхали его запах, как предчувствовали его гибель, пробовали на вкус его кровь…
— Что это? — проговорил Джонсон.
— Нереальность… эти тени… так не бывает… это не наш мир…
— Тогда где мы?
— В пространственной ловушке…
— Как выйти?
— Никак… не касайся темноты… там…
— Кто? Майкл, не молчи!
— Тише…
— Я не могу понять, Майк! — напряженно прошептал Джонсон. — Что там?
— Чертов Шонг устроил нам ловушку… У нас это называется "эпилог"… Он выталкивает нас из реального мира в нереальный… но не просто в неизменный мир… а в заранее спланированный "сюжет"… и в этом сюжете мы главные герои… а финал — наша гибель…
— Не буду врать: я ни черта не понимаю… — проговорил Джонсон, вглядываясь в ожившую темноту. Круг света качнулся в сторону, медленным, тягучим движением.
— Когда я скажу, — прошептал Майкл, — будешь бежать. Ты не сможешь выйти из Нереальности. Я смогу, но не успею. Свет — это их единственный шанс словить нас.
— А что в темноте? — едва слышно спросил майор.
— Обычно… — проговорил Майкл, чувствуя, как его сердце бьется все быстрее и быстрее. — Обычно "эпилог" вступает в силу не сразу… но жертва может попробовать скрыться… на этот случай в "темноте" открываются зависшие тоннели, за которыми — мгновенная гибель… путь в сердце ядерного взрыва или под пули на какой-нибудь войне… куда угодно… слишком скучно, слишком просто для толковой мести…
— Так что нам делать?
— Бежать!..
Майкл нырнул в темноту. Коридор… грязно-желтый свет… повороты, резкие и узкие, как трещины… Глухая стена встретила Майкла глыбой из сросшихся кирпичей и отшвырнула на пол, к ногам гибели… Он слышал грохот канонады, за сотни миль — и здесь, прямо над ухом…