Прошло несколько лет с тех пор, как Анна оказалась в Эстрайе. Она освоилась, почти привыкла и успешно балансирует на грани своих привычек и обычаев страны соблазнителей. Но есть те, кому это не по нраву...
1
Утро пришло, сопровождаемое ветерком, ворвавшимся в открытые окна. Измученная дневной жарой Анна запретила закрывать их даже на ночь, и теперь невидимый бродяга ласкал обнаженную кожу прохладными пальцами.
Перед тем, как ворваться в спальню Наири, он пробежался по саду, и его невидимые одежда пропитались ароматом ночной фиалки и жасмина.
Анна улыбнулась, почувствовав невесомый поцелуй и открыла глаза.
Взгляд Эйра лучился теплом. Его ладонь мягко скользнула по спине, сдвигая складки легкого покрывала к пояснице и ниже, ниже... Анна выгнулась как кошка и едва не заурчала от удовольствия. Но когда Эйр потянулся к ней, решительно скатилась с кровати:
— Нет, — она лежала на мягком ковре, и шелковые ворсинки щекотали спину. Но Анна смотрела на своего мужчину. Он был красив, как античный бог! «Инкуб» — поправила она сама себя, но взгляда не отвела, продолжая бесстыдно скользить взглядом по обнаженному телу.
Эйр свесился с кровати, так что отросшие волосы упали на лицо. Руки, перевитые мускулами, уперлись в пол. Перебирая ими, он попытался добраться до Анна. Та отползла:
— Не сейчас?
— Почему? — Эйр взмахом головы откинул волосы. Черные глаза смотрели с укором.
Анна снова залюбовалась: напряженные мышцы перекатывались под смуглой кожей. Хотелось протянуть руку, почувствовать под ладонью их рельеф, а потом...
Усилием воли она отогнала от себя такие приятные, но неуместные мысли.
— Потому что если ты ко мне сейчас прикоснешься, мы рискуем остаться в кровати на весь день.
— А разве это плохо?
Анна рассмеялась. Похоже, ей удалось удивить этого непробиваемого инкуба.
— Ну сам подумай! Тебя ждет работа, меня — больница и Храм...
— Меня вполне заменит Тайкан. А тебя... Кажется, врачей в своей больнице ты вымуштровала почище, чем я — рорагов. Так что с этой стороны сюрпризов не предвидится. А что касается Храма... Думаю те, кто ожидают на его ступенях больше обрадуются пране.
Соблазн устроить себе внеочередной выходной, да ее провести его с любимым был велик. Но Анна осталась непреклонна:
— Нет. Подъем, мой верный рораг!
— Ну, этот приказ я давно выполнил! — одним движением командир телохранителей Наири сдернул покрывало и продемонстрировал полную боевую готовность, — Только дай приказ идти в атаку!
— Вольно! — хмыкнула Анна и ускользнула от жадных рук.
Теплая вода падала в изумрудную чешу. Анна потянулась. Стоило бы поплавать, бассейн уровнем ниже манил чуть тронутой рябью поверхностью прозрачной воды. Но времени на самом деле не было. Как и желания.
Тихо перешептываясь вошли фрейлины. Привычный поклон до земли, приветствие... Анна уже привыкла. И закрыла глаза, предоставив девушкам заниматься её утренним туалетом.
Запахло розовым маслом. Вода стала горячее — фрейлины перенаправили потоки воды, добавили благовоний. Но Анне казалось, что действуют они очень медленно.
Никто не заставлял её торопиться. Жизнь Наири — бесконечная череда развлечений и утех, среди которых нет запретных. Штат инкубов и суккубов в полном её распоряжении в любое время дня и ночи. Они наизнанку вывернутся, чтобы исполнить любой каприз Наири, даже если он будет стоить им жизни. А если их мало... любой житель Эстрайи с удовольствием станет игрушкой Воплощения Лилит.
Анна перечитала немало жизнеописаний прежних Наири. И, несмотря на о, что смирилась со своим положением, уподобляться им не хотела. Стать овощем, думающим только о развлечениях и удовольствии? Ну уж нет!
И она с ослиным упрямством выбивала себе право на нормальную жизнь, причем немалую долю её посвятила работе. Благодаря Анне в Эстрайе появилась больница для всех жителей страны, а не только для придворных. Наири немало времени и средств уделяла её развитию. Окружающие смирились с этим, но до сих пор не могли понять, почему Воплощение Лилит сама возится с пациентами, вникает во все проблемы... как будто для этого нес служащих!
Но, уразумев, что это делает их божество счастливым, смирились. «Все к удовольствию Наири» — девиз, который инкубы и суккубы впитывали с молоком матери.
— Госпожа, явился Саван Хон.
— Впустите!
За несколько лет вихрастый юноша превратился в молодого мужчину. Очень красивого. Но и Анна изменилась. Она уже не стыдилась наготы и приняла многие обычаи Эстрайи. И больше не считала присутствие адъютанта в купальне чем-то неестественным.
— Госпожа! — Хон преклонил колени на пороге.
— Заходи. Что у нас сегодня?
— Визит в Храм, затем визит во Дворец. Там вас приветствует государь и его министры, после чего последует Малая Чайная церемония в покоях королевы. Затем вы вернетесь к себе для отдыха и развлечений.
— Хон, — Анна на миг отвлеклась от выбора украшений, — ты кое-что забыл.
Тяжелый вздох показал, что молодой адъютант не забыл, а специально не включил в распорядок важную часть. Но, уличенный в лукавстве, тут же исправился.
— После кратковременного отдыха Наири проследует в больницу для приема пациентов и обсужедния текущих потребностей заведения. Вечером вас ждет ужин в гареме.
— Думаю, для ужина и спальни достаточно.
