Это заключительная, ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ многожанрового романа-путешествия по мирам автора «Сага белых ворон». Итак, мы с вами построили мир, где все происходит (1 часть), собрали вместе отличную команду белых ворон-одиночек, постепенно объединившихся в стаю (2 часть), теперь у них наконец появилась ясная цель. Пора переходить к активным действиям!
Февраль 2001 года, Город, 35 лет
— А вы чего в темноте-то сидите? Любовь-морковь, что ли? — в голосе Вики явно звучала ирония.
— Так свет выключили. Ты в подъезде разве не заметила?
— Ой, да там всегда темно. И давно нет света? Зоя, привет!
— Привет. Где-то полчаса уже. Мы только закончили серию погружений, и тут — бабах.
— Хорошо еще, что не раньше, — буркнул Торик.
— Даже не представляю, что случится, если ты находишься в погружении, а тут вырубят свет, — протянула Зоя.
— Скорее всего, просто проснешься естественным образом. Но лучше не рисковать.
— Вы рыбные котлетки будете? — Вику пока интересовали более земные проблемы. — Ой, дайте свечку, я в холодильнике все найду, потом отдам.
— А готовить тоже в темноте будешь? — Торик даже фыркнул, представив такую ситуацию. — Сейчас вторую зажжем.
В кухне загремела посуда.
* * *
— Как у тебя сегодня прошло погружение?
— Все штатно, шеф! — отрапортовала Зоя. — Сегодня было настоящее погружение — я в море плавала. Это мы еще давно на море ездили, мне где-то лет восемь. Мама в новом зеленом купальнике, на нее весь пляж смотрел. А папа учил меня нырять с открытыми глазами. Потом я чуть не захлебнулась — вот это было неприятно ощущать — но меня быстро вытащили. Хотя немного того испуга во мне до сих пор осталось. А ты что наблюдал?
— Забавно, у меня сегодня тоже с водой связано. Мы всей семьей плывем на байдарке по реке где-то в Башкирии. Спереди развевается наш фирменный флаг с гербом Кедринска. Как раз моя очередь грести. А по берегу местные дети бегут и кричат: «Туристы-туристы, сколько вам лет?»
— Почему именно так? — рассмеялась Зоя.
— Мы так и не поняли. Если деревня где-то в лесной глуши, возможно, это единственные слова, которые они знали по-русски.
— Они маленькие, что ли, были?
— Ага. С нами еще одна семья плавала. У них отец сложил руки рупором и крикнул в ответ «Всем вместе — сто восемнадцать!»
— Математик!
— Вообще-то, он физик, работал вместе с Капицей.
— Ой, а мне, мне расскажите, чего вы смеялись? — появилась Вика с руками, белыми от муки.
Пришлось повторить. Теперь хохотала и Вика.
* * *
Зоя молча смотрела на пламя свечи, дрожащее огненными крыльями бабочки, на мятущиеся по стенам тени, потом перевела взгляд на Торика и сказала:
— Мне кажется, у меня все сложилось в единую картину.
— Ты про свечу в темноте?
— Я про ту штуку, которая позволит нам смещаться к желаемой точке пространства души. Кстати, не могу придумать, как ее назвать.
— «Не назвать ли нам кошку кошкой»? Велосипед? — в ее глазах блеснул укор, и Торик понял, что сморозил глупость. — Ладно. У тебя есть варианты?
— Есть, но все они — так себе. Движитель. Двигатель. Мувер. Транспорт. Видишь, какие?
— Мне нравится «движитель», очень в духе стимпанка или просто ретростиль девятнадцатого века.
— Хм… мне тоже, но я думала, ты забракуешь, — вот теперь она улыбнулась.
— Приходи-ите! — донеслось из кухни. — А, и еще свечку с собой возьми-ите. Ну хоть-хо-оть.
* * *
— М-м, запах просто обалденный! — Зоя, похоже, проголодалась.
— Не зна-аю, — жеманно протянула Вика, явно кого-то копируя, — можно ли это есть?
— Сейчас проверим на добровольцах! — подхватил игру Торик. — Ты даже спагетти успела забабахать?
— А то! Ой, а чайник забыла поставить.
Минут пятнадцать они стучали вилками. Вика пока успела рассказать, как этот подлый седьмой «А» убедил ее, что контрольную на тригонометрические преобразования они уже делали, а Торик поведал забавную историю о своих курсах английского. Но в итоге неизбежно заговорили о приборе.
— Вы мне можете в двух словах рассказать, что придумала Зоя?
— Я надеюсь, что нашла теоретическую возможность внутри погружения перемещаться к другой точке пространства души. Но это пока лишь теория — на деле мы еще не пробовали.
— А я пытаюсь понять, как она это делает, — подключился Торик.
— Тут одним словом не скажешь. Я ловлю наши управляющие импульсы, собираю ответные сигналы и формирую для них фазовые резонансы.
— И что при этом происходит? — осторожно уточнил Торик, пока мало что понимая.
— Возникает смещение точки. Очень небольшое, но его можно повторять много раз подряд.
— А, знаю-знаю, как шаговый двигатель. Если быстро тюкать нужными импульсами, он крутится на приличной скорости.
— До этого пока далеко, — вздохнула Зоя. — Но я несколько раз просчитывала на модели: там возникает момент движения, уносящий нас все дальше от исходной точки.
— А направление? — спросил Торик.
— Определяется соотношением фаз. Там еще придется поколдовать. В теории получается, что все очень сильно зависит от рельефа «местности» в точке приложения.
— Все как в жизни! — заметил Торик. — По ровной дороге движешься, едешь в горку, под горку, в болоте, в воздухе — всюду движение будет разным. А кто конкретно будет подталкивать нашего путника? В приборе ведь таких возможностей не заложено.
— Я напишу программу, а потом мы с тобой прикинем, как ее сопрягать со схемой подачи импульсов напряжения. На этом уровне, мне кажется, не должно возникнуть особых сложностей.