'Мертв? Он мертв? - метались в голове ее мысли. - Нет! Только не это! Не он! Прошу! Я не успела! Дайте хотя бы извиниться!!!' - Кричали ее мысли, но горло сдавило горечью, не давая ничего сказать.
Но тут ее резко оттолкнули.
Она даже не заметила того кто это был. Просто неожиданно ее толкнуло в сторону.
В себя она пришла, когда упала.
Быстро подскочила, и увидела перед собой спину с цифрой 5.
- Айзен? - удивленно спросила она.
Он уложил Караса на спину.
Коснулся его груди рукой и резко надавил.
Вспышка!
- ААААААААААА!!! - закричал парень и выгнулся дугой. Через его тело будто молния прошла.
- Держите его руки и ноги! - сказал он.
Ноги тут же зажал Гин.
Сама Сой Фон схватила его руки.
Новая вспышка!
Он так выгнулся, что она опасалась за целостность его позвоночника. В его в рот был вставлена рукоять его же меча. Что было то и поставили, чтобы он себе зубы не раскрошил.
Ее Ученик испытывал просто невероятную боль.
Сам капитан Айзен колдовал над его раной, вылил какую-то жидкость и начал шептать заклинание.
Через несколько секунд Карасумару обмяк.
Он дышал!
Был жив!
Цвет его лица стал лучше.
Она не смогла сдержать улыбки. Он жив!
- Спасибо... - дрожащим голосом сказала она.
- Его нужно отнести Унохане-сан, - сказал капитан 5-го отряда. - Я смог вытянуть его, но ему еще требуется лечение.
Дальше говорить было не нужно.
Подхватив Ученика и брата, она тут же рванула в сторону больницы 4-го отряда...
***
- Вы знали, что так будет? - спросил Гин. Все это время они с капитаном Айзеном находились в отдалении и наблюдали за происходящим под иллюзией.
- Что именно так, нет. - Ответил капитан Айзен, смотря в след удаляющейся Сой Фон. - Я знал, что подобное может случиться, потому подстраховался.
- Подстраховались в оживлении или в том, что сделал Карасумару-кун? - уточнил Гин.
Но тот не ответил, а лишь опять загадочно улыбнулся.
Гин не стал спрашивать дальше. Все равно не ответят. Все равно умолчит.
Остается только ждать. Со временем все вопросы получат ответы...
***
Сой Фон сидела в коридоре больницы 4-го отряда и потухшим взглядом смотрела в пол. Такой ее уже давно никто не видел. Последний раз, когда у нее было такое состояние, это исчезновение ее Учителя.
Опустошение. Осознание собственной слабости.
Совсем как тогда, она узнала о смерти братьев. Тогда она тоже не могла нормально мыслить.
В этот раз все обошлось.
Кван жив, его уже забрали домой. Почти не пострадал.
А вот Карас...
Когда Сой Фон принесла его сюда Унохана-сан тут же забрала его в операционную. Вот уже два часа он находится там.
Она не могла найти себе места. Пришлось временно уйти, чтобы заняться делами. Успела навести порядок на месте преступления. Раздать приказы и оставить людей все проверять, а после она вернулась сюда. Пока она была там, страхи не волновали ее, но вернувшись, страх потерять Ученика вновь окутал ее.
И вот, наконец, из операционной вышла Унохана-сан.
Вышла, закрыла дверь.
- Будет жить, - сказала она.
У Сой Фон камень с души упал. Хорошо что она сидела, иначе бы ноги не удержали ее.
- Иди за мной, - сказала Унохана-сан. Тон ее был не очень теплый. Обычно улыбчивая и добрая капитан сейчас была очень серьезной и холодной.
Сой Фон проследовала за ней в кабинет.
Дверь закрылась.
Она села на стул перед столом, а сама Унохана-сан плавно опустилась в свое кресло.
Только сейчас Фон заметила, что волосы капитана 4-го отряда были распущены. Обычно она носила большую косу, впереди, которая закрывала большой шрам на груди, но сейчас все иначе.
Мрачный взгляд, полный ледяными ветрами, слабое давление силы вокруг и ощущение опасности.
Сой Фон знала об этом, читала дела капитанов, но сама никогда не видела, да и сложно было поверить, что такой добрый человек как Унохана-сан может быть такой.
Но вот сейчас она увидела подтверждение тем данным.
Перед ней сейчас сидит не капитан 4-го отряда Унохана Рецу. А Первая Кенпачи - Унохана Ячиру.
Сой сглотнула. Сидеть перед ней оказалось довольно страшно. Будто кролик перед удавом сидит.
- Итак, - начала Первая. - Только из-за нашего положения в обществе и должности я не имею права выпороть тебя, но имей в виду, что я очень хочу это сделать, - заявила она холодным голосом. - Будь моя воля, я бы запретила тебе иметь ученика в ближайшие сто лет.
- А? Что? - Ошарашено, хлопала глазами Сой. Вот такого она точно не ожидала. - Не смейте говорить со мной как с ребенком! - нахмурилась она.
- А ты не веди себя как ребенок и отношение к тебе будет соответствующим.
- Но...
- Молчать! - грубо сказала она. - То, что ты натворила можно вообще считать преступлением.
- Что?! - подскочила Шаолинь.
- Карасумару умер не от удара меча противника, он просто надорвал свою душу, - ответила она. Сой упала обратно. - Его тело было настолько вымотано, что просто не выдержало Ускорения. Я не знаю, как он сражался, и как выжил, но это можно назвать только чудом. Еще неделя подобных тренировок и его уже ничего бы не спасло. Ему еще повезло, что он не лишился сил синигами. Он вполне мог навсегда остаться инвалидом.
