— У тебя башка щас сгорит нахуй, тушить нечем, — продолжал я бесится и, схватив за низ красной футболки с какой-то иностранной надписью, натянул её на голову «пылающей» Олеськи и, прижав, начал охлопывать. А она без лифона! Голые сиськи пару раз так приятственно потёрлись о мои ноги. Темновато, так можно было бы порассматривать. Олеська поскуливала. Всё, по-моему затушил, одёрнул футболку на место. Теперь Олеська воняла палёной щеткой, и на голове у неё был просто пиздец!
— Вот я овца, волосы себе спалила, — пробормотала она и начала хныкать и тереть глаза.
— Да не плачь, ёпть, — чуть ли не заорал я, — казалась самой крутой и тут ныть начинаешь.
Олеська тут же остановилась и гордо шмыгнула носом. Потом, ощупав волосы, резюмировала:
— Это реально пиздец. Что теперь, блять, делать-то?!
— Да не ссы, — оборвал я, — как можно тщательнее щёткой вычесывай. Всё горелое убирай, только волосы намочи. Я шампунь дам, им голову помоешь. Послезавтра, тьфу блять, завтра, привезу инструменты хорошие, сделаем лучше, чем было.
Олеська действительно оказалась настоящим «бойцом» и, схватив щётку, полотенце и мой шампунь, рванула вниз в душевую. Светает. А у меня и часов нет, давняя привычка ничего на руках не носить. Надо радио что ли какое найти. Вон, дворники вышли с мётлами.
А выходят они к пяти утра. Бляя! Автобус. Бегом нахрен из этого ада! Я побежал в свою каморку. Схватил пакет со шмотками для стирки, накинул футболку и, надев шлепки, рванул вниз, так и не поспав. Надеюсь, отосплюсь по дороге.
На санаторский автобус я успел, купил билет у водителя за полцены, показав картонку пропуска, договорился, где меня высадить на трассе. Шофер поломался, но я отстегнул ему ещё рубль, и он пришёл к согласию. Уселся сзади на большие диваны. Народу до Краснодара, жуть как много. Весь автобус битком. Да поехали, пока не жарко. А я хоть как-нибудь да посплю. Ага, поспал.
Впереди меня ехала семейка с двумя детьми, которые начали сразу же ныть. После поворота на хребет одного укачало и он начал яростно блевать в проход.
Все пассажирки загорланили:
— Ребёнку плохо!
Остановились как раз напротив поста. Толпа выскочила из автобуса и начала искать место, где поссать. Да проехали всего-ничего, как дети малые. Водила бранился с папашей ребенка и заставлял убирать того наблеванное.
Как же я хочу домой!
О, а кто это знакомый такой в такую рань подъехал? Да это же капитан с больной спиной. Начальник здесь на посту, наверное. Вон сержант подошёл, ему доложил что-то.
Мы готовы были ехать, но теперь потеряли каких-то двух тёток, которые отошли поссать и пропали. Как раз этот самый капитан перешёл через трассу и поинтересовался причиной остановки. Пока водитель что-то объяснял, я гусиным шагом подошёл к капитану и приветственно рыкнул:
— Здра желаю, тащ каптан! (Всё как в части у бати!)
— О, привет, — по-настоящему обрадовался милиционер, — ты с суток едешь?
Я пожаловался капитану на работу, он пожаловался на спину. Тётки, наконец-то нашлись. Я распрощался со служивым и презентовал ему последнюю пачку «Мальборо». Тот сказал, что сам не курит, а вот его сержанты смолят вовсю. На прощание он пожал мне руку и проводил до двери автобуса. Водитель увидев, что я ручкаюсь с капитаном, отдал мне рубль и высадил в указанном месте без проблем. Где-то в семь часов я сидел на лавочке возле ворот дома и яростно зевал. Что-то работа спасателем выматывает посильнее, чем на заводе. Пошёл в душ, наплескался, намыл голову и начистил зубы. Одел чистые спортивки и пошёл к летнице, возле которой уже восседал Тихон и бил хвостом как бы спрашивая:
— Где же ты шлялся?
Так, есть не хочу. Значит, врубаем музыку и спать! Спать! Спать долго и упорно! Раскрутил вентилятор и услышал:
— Хазяееен, Анжаай!
Блять! Да какого хрена-то? Ну, пришли и работайте, что орать-то?
Я вышел и насуплено посмотрел на Аньку и Злату.
— Можно поспать? Я на сутках был. В чём проблемы?
— Ой, видим, на каких сутках был, кобелёк, — заржала Анька, — засос тебе русалки поставили?
— Допустим так, чего надо?
— Дидусь твой заезжал, сказал, вечером будет, он ещё после обеда позвонит. Мы поливать часа в два придем. Давай тебе твое украшение замажем, — сказала Злата, ухмыляясь и посматривая на мою шею.
— Хорошо, спасибо, — махнул им я и пошел в летницу. Юля! Сука! Багровый такой засосище.
Да и хрен с ним, я упал под вентилятор и вырубился без задних плавников.
***
Проснулся я часа в два дня. В голове не гудело, значит, поспал в меру. Пересыпать ведь тоже вредно. Покормил Тихона сметаной. Пошёл стирать плавки, шорты и тельняшку. Пока шмотки крутились в стиралке, отправился копаться в дедовские и отцовские загашники в кладовку большого дома. Нашел сеструхин магнитофон «Санья», как раз и под кассету, и приёмник есть. От сети приёмник работал, и то хорошо! Батарейки постараюсь купить. О, часы старые механические. Подкрутил подзаводку. Тикают! Забрал всё с собой.