– Нет, я заскочил рассказать, какая у меня ***енная жизнь! Габи, я пришёл к гадалке! Разумеется, у меня проблемы! – Полянский снял и бросил пальто на кровать с краю.
– Ты не по адресу, я давно не гадаю.
«Очаровательный тигр! Какой-то неуловимый акцент, согласные мягко звучат», – подумала София, спохватившись, что любуется.
– Габриэль?! – с нажимом произнёс Полянский.
– Нет! – высокомерно дрогнули в ответ уголки тонких губ.
– Габи, мне нужно твоё предсказание!
– Снова идёшь за зверем? – он опустил глаза и легко барабанил пальцами по столу.
– Что ты знаешь? – насторожился Полянский.
– Так. Кое-что слышал, – небрежно повёл широкими плечами собеседник. Потом измерил Софию любопытным взглядом и чуть улыбнулся. – А почём эскорт заказывал?
Она возмущённо ахнула, а Полянский тихо дотронулся до её плеча, успокаивая.
– София Николаевна моя коллега, прекрасный специалист. Жаль, твои мозги нельзя препарировать, ей было бы интересно в них порыться!
– Пардон, мадемуазель! – он приложил руку к груди и слегка поклонился. – Коллега?
– Предполагается, что я помогаю людям справиться с последствиями помощи господина Полянского, – покачала она головой.
– О, да. Понимаю! – усмехнулся он. – Ещё раз, простите за мою бестактность. Отличать порядочных женщин от ***дей становится всё сложнее. Такое странное время!
София разглядела заострённые клыки, когда-то читала о технологии декоративного наращивания, поэтому обратила внимание. На пальцах белых ухоженных рук длинные крепкие ногти. Форма «стилет», хищный вытянутый треугольник, сейчас так не носят. Три перстня с камнями и два гладких кольца. Кого же ей напоминает этот колоритный персонаж? Размышления прервал медиум.
– Габи! Карты!? – потребовал он.
– Как насчёт оплаты?
– Ты ещё прошлую не отбил! Как насчёт предсказания?
– Нет.
– Слушай, лесная фея, не ломайся! Услужи, добром прошу. Не набивай цену. Тогда, так и быть, не стану снова натравливать на твою забегаловку инспекцию из наркоконтроля. Знаю, прикрыть всё равно не прикроют, но времени и денег потеряешь достаточно. А из-за стресса, говорят, цвет лица портится, и морщины появляются! – Полянский говорил тихо и жёстко.
«Лесная фея! Вот оно!», – осенило Софию.
Ей вспомнились отрывки какой-то эпичной фэнтезятины, которую часто пересматривал Лёшка Сомов. Там так называли эльфов. Вот этот как раз похож на такого высоченного эльфа, только торчащих ушей не хватает, и короны с мечом.
– Мне, в отличие от тебя, морщины не страшны, – презрительно поджал губы Габриэль, и с досадой вздохнул. – Чего ты сразу угрожаешь-то? Как грубо! Где твои манеры? Нет, чтоб спокойно поговорить, культурно посидеть в гостях у старинного приятеля...
Он чуть рассеянно погладил серого кота, вытянувшегося на столе. Клацнув ногтями по смартфону, сбросил уведомления. Затем приглашающим жестом указал им на круглый столик, покрытый тёмно-зелёным сукном, и кресла в углу.
София на секунду зажмурилась и тряхнула головой, будто избавляясь от сна. Чувствовала, что начинает закипать от беспомощного раздражения. Повернулась к медиуму.
– Полянский, мне нужны объяснения!
– Я вижу прошлое людей, вы знаете. А дар Габриэля – будущее. Его предсказания верны, а нам нужна информация. Полнолуние через неделю. Присаживайтесь, пожалуйста, – безмятежно ответил её спутник.
Мысленно приготовившись к новому витку фокусов и аттракционов, она бросила сумку на пол рядом с креслом, куртку повесила на спинку. Хозяин кабинета достал из шкатулки и принёс небольшой свёрток белой мягкой ткани. Внутри оказалась колода карт, их чёрная рубашка украшена тонким золотистым орнаментом из спутанных листьев. Не усаживаясь за стол с гостями, он перемешал карты, ловко пересыпая их из одной ладони в другую.
– Для гадания на Таро недостаточно мистическая обстановка, – пренебрежительно фыркнула София. Она поставила локти на стол и скучающе подпёрла щёку рукой. – Как же полумрак, свечи и таинственная атмосферная музыка?
– Я люблю, когда светло. И это не Таро, мадемуазель. Эти карты говорят только со мной.
Он уверенным жестом развернул колоду веером поверх сукна, и удивлённая София увидела, что на лицевой стороне карточек нет никаких рисунков, мастей, арканов, или что там ещё полагается. Только пустой матовый золотистый фон. Она озадаченно подняла глаза на необычную гадалку, но тот, собрав колоду обратно, внимательно свысока смотрел на Полянского.
– Спрашивай, экзорцист. Но будь точен.
– Не учи, Габи, не в первый раз. Его следующая жертва! – Полянский разгладил усы и бороду и откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.
Хозяин салона доставал по одной карте, называл её и клал перед гостями на стол.
– «Зверь».
На матовом золотистом фоне проступил чёткий подробный рисунок, напоминающий старинные гравюры. Полная луна в чёрном небе, а к ней задрал голову абстрактный монстр, получеловек, волк-медведь, покрытый редкой шерстью. Оскаливший жуткую пасть, царапающий замшелые камни когтями на руках-лапах.
– «Шлюха».
