— Но расшифровка хромосомных кодов ясно показала, что бесполые экзоты вовсе не личинки. Значит, они рабочие члены роя, в котором имеется жесткое разграничение функций. Для моих целей это гораздо лучше, чем личинки. Жизненный цикл дольше, а главное, размножение по роевому принципу идеально подходит для серийного производства. — Биотехнолог сфокусировал глаза на Кине. — Это понятно?
— Вполне, — заверил тот. — Очень интересно, продолжайте, пожалуйста.
— Главная загвоздка в том, где раздобыть матку роя. До сих пор ее ни разу не удавалось хотя бы обнаружить. Странно, что она не участвует в миграции потомства. Еще более странно то, что у зверушек отсутствуют специфические для роевых видов рудиментарные коды. То бишь те, которые заведуют формированием половых признаков. Честно говоря, об этот момент я пока споткнулся. — Он снова посмотрел на часы. — Так, меня время поджимает…
— Я бы не отказался продолжить наш разговор, когда у вас найдется для этого свободная минутка, — на прощание сказал Кин. — Признаться, вы меня очень заинтересовали.
Харагва опять смерил его изучающим взглядом, явно что-то соображая.
— Да мы вроде живем в одном доме. Я в седьмом номере, а вы?
— В одиннадцатом.
— Обычно я работаю здесь до самого ужина, — сообщил биотехнолог. — Ну а часов после восьми мы могли бы свободно поболтать у меня в берлоге. Пьете?
— От рюмочки не откажусь.
— Тогда заметано. Еще увидимся. Ладно, все, ни минуты больше. Пока.
С подчеркнутой дружелюбностью тряхнув руку Кина, он хлопнул Ронча по плечу и направился к лифту.
— Вам откроют, — добавил он через плечо, набрав код, и скрылся за дверными створками.
Сразу же входной шлюз распахнулся, и Кин с Рончем заученно приняв меры предосторожности, вышли из лаборатории. Солнечный диск слегка потускнел и разбух, склонившись к зазубренному лезвию скальной гряды. Выдыхая словно бы застрявшую в ноздрях въедливую вонь подвального зверинца, Кин тихо порадовался тому, что жара пошла на убыль.
— Куда теперь? — спросил квадр-офицер.
— Знаете, хочу до ужина посидеть у себя, работы очень много.
Они зашагали по скрипучей фиолетовой щебенке дорожки, то и дело озираясь по сторонам. Вынесенное из подвала впечатление оказалось весьма цепким, и Кин стал проявлять усиленную бдительность. Он старательно крутил головой, и ему повсюду мерещились притаившиеся, готовые напасть омерзительные твари.
— Кин, я не совсем понял, зачем вы рискнули дразнить Харагву? — оглянувшись на здание лаборатории, озабоченно промолвил Ронч. — Имею в виду тот разговор насчет мины в турбоходе.
— Хотел оценить его выдержку, — объяснил Кин. — А еще, думаю, нелишне поиграть у него на нервах.
Неторопливо вышагивавшие поодаль трое фабров свернули с центральной улицы, разошлись в разные стороны и начали зигзагами прочесывать дорожки, ведущие мимо блокгауза к административному корпусу.
— Лучше подождали бы, пока Харагва будет сидеть перед вами в наручниках, — посоветовал квадр-офицер и вдруг остановился. — Ну и ну!
— Что такое? — Кин сразу схватился за кобуру, но его телохранитель и не думал доставать оружие, уставившись вдаль.
По изрезанному тенями скальному гребню рассыпалось множество красных точек.
— Ого, сколько их! — сказал Ронч, не отрывая от ящеров долгого взгляда. — Плохая примета.
— Почему?
— Их стаи всегда появляются перед новой массовкой.
Озирая широкую панораму седловины, Кин повернулся на каблуках, затем настороженно рыскнул глазами по испещренному подпалинами травяному ворсу.
— Да их же просто тьма-тьмущая, — добавил Ронч, покрутив головой и внимательно оглядев окружавшие поселок горы. — Никогда еще столько их тут не шныряло.
Насколько хватал глаз, повсюду вдалеке виднелись стаи алых ящеров, преображенные расстоянием в скопления воспаленных точек, словно горные склоны обметало густой кровавой сыпью.
Придя к себе и отпустив Ронча до шести часов, Кин уселся за компьютер. Он вышел на общую сеть и, озирая в задумчивости ее многочисленные пестрые плашки, наткнулся взглядом на недоступный сервер лаборатории, украшенный эмблемой концерна. Похоже, лаборатория здесь во всех отношениях является своего рода государством в государстве, подумалось ему. Комплекс охранных устройств под стать настоящей крепости, локальная сеть закрыта для входа извне.
Осененный промелькнувшей новой идеей, Кин снова просмотрел досье Харагвы, на сей раз в поисках файлов прослушивания, и не обнаружил ни одного.
Такая привилегия, как полная свобода от эпизодического превентивного контроля спецсредствами, ставила главу лаборатории на одну доску с командиром гарнизона и шефом контрразведывательного отдела, свидетельствуя о безграничном кредите доверия к нему. В довершение всех своих художеств Нариман умудрился продаться имперскому агенту, орудующему под вывеской концерна, и напрочь утратить элементарную бдительность. Тут скорее всего административными мерами не обойтись, в перспективе явственно замаячил трибунал.
