— Наши аналитики настойчиво рекомендуют. Чего-то они там наанализировали… Утверждают, что перемещение по Зоне с выключенными средствами связи дает куда больший шанс избежать всяческих неприятностей. Конечно, данных для статистики маловато, но на основании тех, что есть, и сделали этот вывод. Опять же — сталкерская сеть. Мы так и не получили доступ к ней… До сих пор не установлено, где находится операторский центр. И это настораживает… И в целом я согласен с аналитиками — лучше не пользоваться средствами связи, систему управления которыми мы не можем контролировать. Мало ли кто другой ее контролирует? Так что лучше обесточить… При необходимости — включите. Детекторы аномалий все равно очень часто дают ложные показания, а с вами будет опытный проводник. И к тому же, проверите в деле внезапно проявившиеся способности Вадима, — Шепелев слегка усмехнулся.
— Да, я понял, — согласился Роман.
Он медлил, не торопясь уходить.
— Вижу, спросить чего-то хочешь. Верно я догадался? — сказал Шепелев.
Роман кивнул.
— Игорь Владимирович, а сведения о некоей группе мы получили только из заметки Валохина?
— Молодец, что сам додумался! Не только. Наш агент ту же самую информацию продублировал. Вернее, он проверил и подтвердил то, о чем написал Валохин, и нашел то, что осталось от группы… К сожалению, по тому, что осталось, опознать их невозможно…
Роман снова согласно кивнул. Да, наивно было бы думать, что Гордимыч безоглядно поверил бы желтой прессе, и предпринял какие-то шаги, не проверив информацию.
— Значит, там развелось полно хищников? А как же мы…
— До вашего приезда территорию зачистят, об этом не волнуйся, — уверил Шепелев. — И получше, чем в прошлом году. До выброса их численность не пополнится, а за это время вы как раз и проскочите. У тебя всё? Ну, удачи еще раз.
И уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор окончен.
Бен сидел в машине, растерянный и задумчивый. Когда Роман включил двигатель, Бен поймал его взгляд в зеркале.
— В чем дело?! — вопросительно кивнул Роман. Слишком уж непривычно тихим и озадаченным был его шустрый подопечный.
— От Шепелева такой опасностью тянуло, — неохотно выдавил Бен.
— Наверное, беспокоился за успех операции. Дело-то опасное, сам понимаешь.
— Нет, Ром, это не то… Это для нас опасность.
— Ну так я и говорю!
— Нет, — упрямо повторил Бен. — Это опасность исходит от Шепелева и направлена на нас. Ты же знаешь, я ее ощущаю, только если какой-нибудь опасный объект вот-вот подействует на меня.
— Так Гордимыч прекрасно понимает, что отправляет нас не на прогулку по набережной! А в жуткое место, где нас могут десять раз подряд сожрать и пристрелить, — жестко заявил Роман. — Он осознаёт, что посылает нас на риск. Отсюда и опасность, которую ты почувствовал.
Бен сердито замолчал. Позже, когда машина уже вырулила на трассу, он разлепил губы и нехотя бросил, глядя в сторону:
— Ну, как знаешь, не хочешь — не верь. Доказательств у меня нет… Но что-то тут нечисто.
Сборы проходили в такой жуткой спешке и суете, что Бен даже не рискнул заикнуться о том, что хотел бы до отъезда еще разок съездить к Светке и попрощаться по-человечески, глаза в глаза. Кто его знает — вдруг этот разок окажется последним? Но, глядя на сосредоточенного исключительно на сборах Ромку, он оставил свои соображения при себе. Во-первых, Ромка впарит ему за пораженческие настроения. Во-вторых, было действительно некогда. Оставшийся вечер они проползали между разложенных и раскиданных по комнате свертков с походным снаряжением и личными вещами, выбирая из них необходимое, и укладывая рюкзаки. И к ночи повалились на койки, совершенно измотанные. А назавтра их уже нес на юго-запад плацкартный вагон.
Выйдя в тамбур, Роман вскинул руки и с удовольствием потянулся. Из приоткрытого окна хлестал холодный ветер. Роман хотел встать коленями на ящик для мусора и подставить лицо свежему встречному потоку, но из-под крышки доверху набитого контейнера торчали разноцветные горлышки пустых пластиковых бутылок и не давали опустить ее полностью, а взгромождаться на покатую поверхность было совершенно неудобно. Проводница еще не выносила мусор, перегон длинный — прошлую станцию проезжали ночью, следующая будет через пару часов. Оставалось только упереться руками в раму и придвинуться поближе к отрытому окну.
По легенде и документам он — младший научный сотрудник, едет собирать материал для будущей кандидатской, а Вадим — студент-практикант. Биолог, мать твою… «Дуб от березы еще отличит, а вот сороку от вороны — уже не факт, — с сарказмом усмехнулся Роман. — Ничего, лишь бы поменьше рот открывал, когда пограничники на заставе или местные менты на станции назначения начнут задавать вопросы.»
…Бен, цепляясь за поручни и опоры полок, вышел в тамбур перед туалетом. Ромка бочком сидел на ящике для мусора, глядя в сизое небо над черной кромкой несущегося мимо леса.
— Ром…
— Чего тебе?
— Да так… Поговорить хотел… А там, — он кивнул в сторону вагона, — народу полно…
— Ну, говори… Только поглядывай на наш отсек, чтоб вещи никто не слямзил!
