И вновь приходит понимание — нет, чёткое до скупости знание. Вылетев из вихря, папироса наберёт ещё больший заряд. А приданная энергия рано или поздно вышвырнет её в реальность по случайным координатам. И в тот год, когда на сушу Скаро впервые выползет первый во вселенной магнедон, гигантский пылающий объект пронесётся над центральной пустыней планеты Сто и в итоге врежется в поверхность, спекая песок в гигантское кварцевое зеркало около сотни леров в поперечнике. Поднятая при столкновении пыль так замусорит атмосферу, что случится катастрофическое похолодание планетарного масштаба по модели ядерной зимы, только без радиации. Зеркало, тем не менее, уцелеет и окажется достаточно прочным, чтобы не разрушиться, и скользким, чтобы не утонуть под песками, его будет прекрасно видно с орбиты, как яркую блестящую горошинку, даже через миллион лет — этакая туристическая достопримечательность, — а лучшие умы галактики будут ломать мозги, как же мог появиться столь странный объект и почему рядом с ним стабильно барахлят любые часы. И никому даже в страшном сне не приснится, что всё началось с потерянной не там, где надо, папиросы… Хорошо, что я не обронила всю пачку. При такой мощности она целую планету может разрушить.
Достать ещё одну дозу наркотика. Нет. Не хорошо. Очень даже плохо. Вихрь начал проникать в моё сознание, сперва через воспоминания, а теперь подкидывая целые куски информации. Какой соблазн для любопытства! Какой чудовищный, невыносимый соблазн! Я могу знать всё. Вообще. Всё прошлое, всё будущее, все случившиеся и никогда не случившиеся события, все упущенные и использованные возможности… Просто надо прекратить жмуриться, отвлекаться на папиросы и глупые мысли. Просто… не бороться.
Следующая остановка сознания — везде. Правда, разум не выдержит и быстро лопнет, но мне не впервой, я всегда была с отклонениями. Подумаешь, из кандидатов в психи стану окончательным психом…
…Нет. Я буду бороться. Я не сложу ложноручки, пока ещё могу дышать. Может, если передвигаться от воспоминания к воспоминанию, мне удастся продержаться ещё немного? И вообще, хватит мять папиросу, девушка. Закуривай. Жги кислород, концентрация дыма позволяет не замечать, что становится всё душнее.
— Слушай, сколько живу, а вот такое вижу впервые.
Вздрагиваю, едва не отправив второй окурок следом за первым. Этот голос. Я его знаю.
— Х… Хронос?
— У меня тут всякое бывало, но чтобы по дому летал далек с папиросой в зубах и мусорил окурками — это перебор. Ваш континуум вообще когда-нибудь уймётся?
Где он? Неужели опять не покажется?
— Хронос. Это ты. Подтверди, что это ты.
Естественно, он даже и не чешется. Но мне как-то резко делается легче — проясняется в мозгу, и вдруг я понимаю, что ещё миг назад там стоял шум, который я даже не замечала. Шум вроде миллиона очень тихих, но говорящих одновременно радиоканалов. Белый шум Времени. И зрение словно кто-то настроил — оказывается, оно было расфокусировано, а я этого тоже не заметила. Вряд ли это всё произошло само по себе, логично?
— В прошлый раз ты сказал, что меня выделила некто «она». Ты имел в виду ТАРДИС Доктора?
Тишина. Хорошо, зайдём с другой стороны.
— Я правильно вычислила, что упала в Вихрь не с того конца?
— Здесь не бывает «не того» конца. Откуда бы ты сюда ни вошла, это всегда будет точкой входа, и где бы ни вышла, это будет точкой выхода.
— За исключением?..
— За исключением Матери Скаро.
— Я стараюсь разобраться в процессе, чтобы не утратить способность к адекватному мышлению.
— Разбирайся, — тут же флегматично предлагает хроновор. Сволочь!..
— ТАРДИС пробила маршрут и скинула меня по нему обратно, — принимаюсь рассуждать вслух. — Но Вихрь смещается и сам по себе, а не только в присутствии машины времени, и я попаду в другую дату, а значит, и в другие пространственные координаты. Тебе известно, куда меня вынесет?
— А, тебе нужна подсказка? — тут же радостно отзывается он.
Упс.
— Нет. Мне нужна другая форма уплаты долга.
— Я могу всё.
— Знаю. Я читала твоё досье. И ещё обдумываю плату.
И пока я это делаю, у меня есть собеседник, явно защищающий меня от влияния Вихря. Но, увы, прояснившееся зрение играет злую шутку. Сейчас я вижу, что мои руки начинают потихонечку, полегонечку сиять. Такое ощущение, что изнутри них льётся свет, пока едва различимый. Но чем глубже в Вихрь, тем будет хуже. Я насыщаюсь энергией Времени. В малых дозах она полезна. Но в больших… Я не знаю, что будет дальше. Могу вывалиться в привычную четырёхмерную реальность трясущейся старухой. Могу младенцем. Могу вывернутой наизнанку и скрученной в ленту Мёбиуса, в прямом смысле этого слова. Могу по частям. Всё могу, прямо как Хронос, кроме одного — фиг я это проконтролирую.
Вокруг меня вибрирует громовой хохот. Ах, да. Хроновор легко роется в моих мыслях.
— Если бы у тебя была хоть капелька воображения, я бы с удовольствием упростил тебе задачу. Это было бы забавно.
— Какую из двух? Выжить или достичь того места, в которое я должна попасть?
— Ты даже понимаешь, что это не синонимы? Какой умненький далек.
