— Короче, вот такая ситуёвина. А прогноз мой таков: шлёпнут вас, а потом будут валить друг на друга. Кто соврёт убедительнее — тот и выживет. К тому же, там везде молодёжь, новое поколение, они особо не верят россказням родни о крутости вашей банды.
— НАХРЕНА? — мы с Эльзой выпалили одновременно и переглянулись.
— О, а тут всё ещё интереснее…
Короче, Пауки уже давно всё раскопали. Точнее, не всё, но информации нарыли порядочно. Кобольды действительно смогли пробиться сигналом за пределы станции. И не просто сигналом, а шифрованным. Подделали его под техническую телеметрию. Они выцепили кого-то из марсианского гравитационного колодца. Там много интересного народа обитает. Предмет разговора неизвестен, но Кобольды предприняли активную попытку проникнуть в биосферный модуль. Что-то там им стало очень нужно. Но не вышло, и теперь им нужен сервак и любая иная вычислительная техника, желательно рабочая. Но сервера — прям критически. Что такого есть в биосферном модуле? Никто не знал. Но это должно оказаться чем-то особенным, чтобы за ним аж челнок прислали. Как это собирались проделать со станцией, которая имеет директиву сбивать неопознанные корабли — тайна великая есть, но, по слухам, Кобольдам дали очень серьёзные гарантии. К Феликсу они, кстати, тоже подкатывали, но Паук только пальцем у виска покрутил. Типа, ему и так неплохо живётся. Так что сервера стали яблоком раздора. И все остальные банды тоже были бы рады отнять сервера силой, да только как? Тут не чисто поле. А у себя на базе Пауки могут сидеть хоть вечность. У них тут свои станции выращивания еды есть. А по тоннелям много не навоюешь. Особенно с бетонными блоками, которыми можно все входы перекрыть.
Но Феликс сервера решил разыграть. Золотая карта на этом фоне померкла.
— Дядя, а может тогда просто отдашь нам эту карту? Раз мы тебе так подогнали?
— Не наглей, мальчик, — голос Феликса лязгнул металлом, — я от своих обещаний и договорённостей не отступаю. Или вы мне должны предложить что-то охренительно ценное.
— Меддроид? Ещё один сервер? — сходу предложила Эльза.
— Увы. Если бы у вас был ещё один сервак, вы бы себя вели иначе, — старый пердун оказался чертовски проницательным. — Значит, вы знаете, где его достать. Но сейчас его при вас нету. А гонка завтра. Да, куш хороший, я бы поставил второй сервак как награду за второе место, и тогда бы народ на трассе друг друга зубами рвать начал… но увы. Хотя вы всё ещё можете его выиграть. Или те, кому вы тачки готовите. Не поделитесь информацией?
— Поделимся. Но попросим придержать, — Эльза разочарованно вздохнула. — Мы себе готовим. Нам очень билет нужен был.
— Ты зря не попыталась обменять билет на сервер. Я бы согласился, — в голосе толстяка промелькнули участливые нотки опытного садиста. Звёздочка моментально вспыхнула.
— А если мы всех нагнём?
— Тогда, маленькая злобная сука, я поддержу вашу гоп-компанию в любом начинании. Каким бы диким оно ни было. Я пошёл за мамой этого парня ровно по той же причине, и готов пойти снова. Ни хрена не изменилось за эти годы, ребятишки. Ни хрена! — Феликс ударил кулаком в ладонь, и я едва не отшатнулся. С каким пылом сейчас говорил самый главный Паук.
— Тогда можно нам вот этой всей вкусной еды в жилой модуль? И сока с витаминами, нам восстановиться надо перед гонкой.
— Для тебя, моя карликовая версия Долорес, всё что угодно. Докажи мне, что за тобой можно идти, — на улыбке толстяка явственно отпечаталось безумие.
Из Паучьей обители мы почти сбежали. Уж очень пугал энтузиазм Феликса. Снова повеяло тем поганым душком жестокого безумия. Кстати, Феликс был среди тех, кто устанавливал биобомбы в зоне регенератора воздуха. Он работал в службе техконтроля, и именно благодаря ему удалось незаметно провернуть всю операцию. Короче, так себе у нас новый друг. Но с учётом того, что все остальные наши друзья хотели нас убить, Феликс был ещё ничего…
Мы молча шли вдоль ремонтных зон. Только изредка кивали знакомым и не очень. Правда, чаще вместо кивка Эльза демонстрировала средний палец.
В груди ныло от предвкушения, а кончики пальцев мёрзли от адреналина. Только вот драться я в ближайшее время точно ни с кем не планировал.
Когда жилой блок оказался в зоне видимости, мы перестали реагировать на внешние раздражители. Всей нашей выдержки хватило только на то, чтобы закрыть за собой дверь и повесить тяжёлый, явно не родной засов.
А потом… потом было чудесно. Мы пробыли в том модуле почти десять часов. Единственный раз я открыл дверь, чтобы принять подношения в виде еды и напитков от Паучьего босса.
Есть опыт, который совершенно чётко меняет самоощущение. Когда я вышел из модуля, уставший, счастливый, с разодранной спиной и искусанными в хлам плечами, внутри меня что-то отчаянно пело и плясало. Я был готов обнять весь мир. Звёздочка находилась в том же состоянии.
Стоило нам выйти на улицу, как кто-то оглушительно свистнул. Народ сбежался и стал нам аплодировать.
— Ну вы даёте! — Умник, серый от усталости, подтянулся со стороны ангара.
