Уборка затянулась до вечера. К себе в комнату ребята вернулись, когда уже начало темнеть.
– Как прошёл день? – Нашёл в себе силы завести великосветскую беседу Мишель.
– Жутко, – едва шевеля языком ответила Полина. Она лежала на своей постели прямо поверх покрывала и прикидывала, насколько это будет воспитанно, если она уснёт прямо так, не раздеваясь – сил на это, а также на уже не было. – Ещё два-три таких дня – и я – труп.
– Если к завтрашнему утру Федька с Гуськой ничего не опрокинут – будем отдыхать.
– И часто они так… развлекаются?
– Шкаф уронили в первый раз.
– В честь моего приезда, – усмехнулась девочка.
– Ага. Как раз в тот самый день.
– Во сколько это было?
– Часов в восемь.
– Я как раз ехала на такси. И даже не представляла, где окажусь через несколько часов.
– На такси? – Удивился Мишель. – От космопорта?
– Точно. Я что-то сделала не так?
– Это же дорого!
– Деньги у меня были. И до сих пор есть, – поправилась она. – Да и парень оказался нормальным – мы с ним быстро нашли общий язык.
– Что за парень?
– Пьер, – ответила девочка, потом вздохнула. – Представляешь, в самом конце я ему сказала, что я – дочь Сенатора Земли.
– И он поверил?
– Не знаю. Я сразу ушла.
– А зачем ты ему это сказала?
Полина пожала плечами, что у неё, в горизонтальном положении, не очень получилось:
– Не знаю. Дура потому что!
– Ты не дура, – возразил мальчик. – Ты очень умная.
– Подлизываешься? Всё равно спасибо. Давай спать, а?
– Ага, – сказал мальчик и не ушёл.
– У тебя что-то ещё?
– Мы там, около моста не договорили… Я про карту памяти.
– Для машины времени?
Мишель кивнул.
– Давай завтра, а? – Жалобно попросила Полина. – Здесь даже Интернетом не пахнет, поэтому всё, что у меня есть – только на этой карте. Ещё не хватало, чтобы всё это пропало.
– Ладно, давай завтра, – поскучнел мальчик. – Спокойной ночи!
– И тебе.
На этом день не закончился. Минут через сорок её растормошил один из близнецов.
– Пойдём ужинать! – Он потянул её за ухо. – Слышь? Ужинать пойдём! – И дёрнул за второе.
Полина долго не могла понять, чего от неё хотят, а когда поняла, ответила так, что ребёнок исчез – будто корова языком слизала.
– Ого, – тихонько удивился со своей половины Мишель. Полина открывалась ему каждый раз с новой стороны. Вроде бы дочка Сенатора, очень умная и воспитанная девочка, но только что выругалась так, что сам Виктор Иванович покраснел бы, услышав это.
И ещё Мишель подумал, что никогда в жизни не встречал девочку, хоть немного похожую на Полину.
Проснулась я, как всегда, рано, когда в глаза ударили первые лучи солнца. Тело болело невыносимо, словно ночью меня разобрали на составляющие, а потом абы как склеили обратно.
– Всё-таки физическая работа не для меня, – прошептала я вместо того, чтобы пожелать себе доброго утра.
Да и какое оно было доброе!
Тем не менее, я проделала обычные утренние процедуры – умывание, расчёсывание, чистка зубов – ещё не хватало перестать за собой следить – по-моему, это низшая точка человеческого падения.
Мишутка спал, уютно свернувшись калачиком под тоненьким одеялом. Остановившись, я долго с улыбкой смотрела на него. Я сама стеснялась себе в этом признаться, но мальчишка мне откровенно нравился. Очень симпатичный, добрый, а – главное – простой. Вот бы мне достался в будущем такой муж – я бы в нём души не чаяла. Только где у нас на Земле таких ребят отыскать? До сих пор, за десять лет жизни, подобных я пока не встретила. Да и я ему вроде бы не безразлична…
Впрочем, это всё лирика.
Я заторопилась на свою половину. Ещё не хватало, чтобы Мишутка проснулся и увидел, как я пялюсь на него с совершенно идиотской улыбкой.
Учиться совершенно не хотелось, а хотелось ничего не делать, валяться на постели, и по-кошачьи жмуриться под яркими лучами последнего летнего солнца. Но есть такое слово – "надо".
Сколько раз пеняла на себя, что не смогла забрать из школы список вопросов к экзаменам, теперь приходится заниматься наобум. Чисто теоретически мне нужно изучать те дисциплины, в которых я ориентируюсь не очень – к таким относятся, допустим, точные науки, но, потворствуя собственной лени, я читала то, что мне интересно – учебники по социологии, политологии, истории и другим социальным наукам.
Только я с головой окунулась в перипетии войн Алой и Белой Розы, тут же появился Мишутка. Он тихонько уселся в стороне и принялся исподтишка разглядывать меня, делая вид, что читает свою книгу. Мне такое внимание, если честно, льстило, но слегка раздражало. Я решила проверить сама себя, смогу ли работать, не обращая внимания на внешние раздражители.
Минут через двадцать поняла – получилось. Средневековая история Европы оказалась куда интереснее происходящего здесь и сейчас в этой комнате.
