— Понятно. Значит, все наследники идут в ряд. Первый, второй и так далее. Внутри ряда деление по старшинству. Не по старшинству рождения, конечно, там и заслуги перед родом, и учеба, и отец с матерью. Первый ряд накладывается на прямых детей верхушки рода. Второй ряд уже наследники не поста, а части состояния, с которого они получают дивиденды. Третий наследует титул и содержание, четвертый ряд может войти в род, пятый не имеет ничего, кроме фамилии. Ленка прямая дочь Сергея Голубкова, в порочащих связах не замечена, учится в столице, искусница. Как ни крути, первый ряд. Соперников у неё не было, второй и третий ряд быстренько рванул на Китеж, наследство проматывать, четвертые и пятые лезут выше, пытаются места занять. А вот у нас получилось плохо. Наш первый ряд — это Горан. Пересвет наследник второго ряда, ему батюшка за дуэль ряд понизил. Злата всегда была во втором ряду, она признанная дочь боярина Виктора Морозова от любовницы-простолюдинки. Только у нас четверых не оказалось метки сирен. Во время чистки от агентов сирен я повёл себя не очень правильно, и Горан Морозов убедил царя Славомира Первого исключить меня из рядов рода. Царь согласился. В первом ряду остался только он, и только он должен стать наследником.
— А где остальные Морозовы?
— Сгинули в лагере на Черном Озере.
— Погоди, но что за род из трёх человек?
— Этого достаточно, Мирослав. Царь не даст пресечься столь славному роду, Горану уже и жену подобрали, какую-то дворянку из молодых, да ранних. Придёт время, Морозовы прирастут людьми, поднимутся ряды. Но меня с родом больше не связывает ничего.
— Доброслав, зачем твой отец связался с сиренами?
— Не знаю, Мирослав. Уже и не спросишь. А зачем ты связался с сиреной?
— Не было выбора. Прыгнуть в окошко я ей приказать не смог.
— Думаю, что мой отец тоже не смог что-то сделать.
— Доброслав, я хочу помочь Злате. — Неожиданно для самого себя сказал я.
— Она и сама справиться. — Улыбка у Доброслава вышла горькая. — Она девушка умная. Статус Хранителя сам по себе защита… От разного.
— Доброслав, а как бы посоветовал мне поступить сейчас?
— Уехать с Аркаима. — Незамедлительно сказал Доброслав. — Не тянуть время, не лезть в разборки бояр. Не связываться с другими родами. После чистки, которую устроила охранка Светлого Царя, вылезло… Разное. Ни Дарья Петрова, ни Красимир Верховцев, ни Елена Голубкова, ни Ростислав Смагин и уж тем более ни Горан Морозов никогда не рассматривались как главы родов. Никого из них не готовили к этому. Куда они поведут рода, как поступят со властью, упавшей в руки, я не могу предсказать. Да и не хочу. Я теперь вольный искатель, акционер логистической фирмы. Большего я не желаю.
«Н-да, и в самом деле политика среднего звена». Сказал Миро. «Дорвались до власти, а что с ней делать — не знают».
«А что делать нам?»
«Не вмешиваться в это. Пусть разбираются сами. Договоримся с выжившими».
— Спасибо, Доброслав. Ты очень помог. — Сказал я, поняв, что конкретики добиться от Доброслава невозможно.
— Рад был тебе помочь, Мирослав Трегарт. Поехали обратно, а то мои люди слишком долго оставались в одиночестве.
— Ещё один вопрос.
— Задавай, я постараюсь ответить.
— Ты назвал Злату Хранительницей. Что это значит?
— Ну, это же все знают! Наш род начался как путешественники, первые Морозовы объездили все окрестные миры. Основатель рода вел дневник. Записывал, где побывал, что привез, кто там живёт, чем опасны и чем полезны. После смерти Основателя дело продолжил его младший сын, а потом внук. Мы собирали книги, карты, любую информацию об окрестных мирах. Теперь это Архив Морозовых. Один из лучших во всем секторе. Злата Морозова является хранительницей Архива.
«Вот бы там пошарить». Мечтательно сказал Миро.
Доброслав довез меня до «Варшавянки», я попрощался с Дядюшкой Сью, пересел в «Маус», и отправился обратно, в столицу.
«Что скажешь?» Спросил у Миро, когда «Маус» вышел на идеально прямое шоссе, ведущее к Александрову.
«Безвластие тут, Мирослав. Их царь был компромиссной фигурой, которая устраивала всех, и Светлое Царство, и бояр Аркаима. Царь сидел на троне и делал важное лицо, правили бояре с оглядкой на Китеж. В какой-то момент бояре решили взять больше власти, начали заигрывать с иными силами, и доигрались. Теперь тех бояр нет, наследники такие же компромиссные фигуры, как и царь. Беда в том, что у них есть власть, но они не умеют править. Суетятся, обижаются, как дети малые. Этот путь ведет к большим проблемам для планеты. Светящийся Царь это понимает, потому тут торчит Принц. Блондинка это тоже понимает, она умная. У Хмурого в голове тоже забрезжило что-то. Остальные же…».
«Что остальные?»
«Слишком мало информации».
До гостиницы я добрался вечером.
Поднялся на этаж, прошёл по коридору, и уткнулся взглядом в Елену Голубкову, устроившуюся в мягком кресле. Её охранники маячили поодаль.
— Добрый вечер, Мирослав. — Сказала Елена, поднимаясь. — Поговорим?
— Ну… Давай! — Радостно сказал я.
«И ведь даст!» Развеселился Миро.
