– Дайте-ка еще раз фотографии,- она бесцеремонно вытащила пачку снимков из заднего кармана брюк полицейского,- мне кажется, что я его где-то уже видела.
Громила в кожанке протянул к фото свои руки.
– Дай-ка, дай-ка,- принялся он рассматривать снимки Салдама,- действительно, очень похожая харя… Кажется, припоминаю: если постричь этого типа налысо,- он ткнул коротким указательным пальцем в снимок,- если неделю откармливать его, как на убой, а потом одеть в кожанку, как у меня – это будет вылитый Оскар.
– Кто?- переспросил Лесток. Катрин уставился на полицейских.
– Вы что, не знаете Оскара? Вы не знаете, кого пришли сюда искать?
– Значит, его зовут Оскар?- воскликнул Маузер.
– Вы что, не знаете, как зовут вашего друга?- не понял вопроса Катрин.
Тем временем девица продолжала ерзать на коленях капитана Маузера. Елозя ягодицами по полицейскому пистолету, она лепетала:
– О, какой мужчина, какой мужчина!…
Капитан попробовал встать со стула, чтобы таким образом прогнать назойливую девицу, но та точно приросла к полицейскому.
– О, какой мужчина, какой мужчина,- продолжала она,- какая замечательная эрекция,- приобняв одной рукой Маузера за шею, она другую запустила в штаны капитана,- давно не наблюдала такой замечательной эрекции, такого мощного стояка!…
– Ладно, кончай базары,- сказал Катрин,- я думаю, что смогу вам помочь. Если Оскар не занят с какойнибудь новой девочкой – я слышал, он снял какую-то Джулию тут, в «Голубой устрице», и у них сейчас, возможно, медовый месяц – так вот, если они сегодня будут тут…
Маузер досадно перебил собеседника.
– Простите, но я не совсем понял: вы все время называете его Оскар, а нам с другом,- капитан кивнул в сторону Лестока – он известен как Салдам…
Можете называть его, как вам заблагорассудится ответил Катрин,- но в «Голубой устрице» он известен, как Оскар.
Лесток несмело придвинулся к типу в кожанке.
– Может быть, это – его кличка?- предположил Полицейский.
– Нет,- Катрин отверг догадку лейтенанта,- Оскар это его настоящее имя, а кличка, к вашему сведению
– Десять Дюймов.
– Странное имя…- пробормотал Маузер. Катрин расхохотался.
– Вы что, и этого не знаете? Лесток уставился на собеседника.
– Чего не знаем?
– Почему у вашего приятеля такая кличка. Это от необычной длины его баданги. Ужас какая огромная! В свое время я была влюблена в этого парня,- вздохнул Катрин,-
так вот, он трахал меня тут, в подсобке… Маузер и Лесток переглянулись. -…в подсобке, и он достал мне – не поверите!-
чуть ли не до гланд! Девушка на коленях у Маузера рассмеялась.
– Катрин, ты, как всегда, преувеличиваешь! У меня тоже был с ним роман, и мне он доставал только до желудка!
– Простите,- не понял Лесток,- у вас был половой акт с мужчиной?
На этот раз очередь удивляться была у Катрин с девицей.
– Разумеется,- медленно сказала девица,- разумеется… Что может быть более естественно, чем это? А вы что – не такие же педерасты, как и мы? Вы что, не знаете, что в «Голубой устрице» собираются исключительно сексуальные меньшинства?
Не сговариваясь, Лесток и Маузер повскакивали со своих мест – капитану наконец-то удалось сбросить с себя надоедливую блондинку.
– Куда же вы?- закричал «голубой» на весь бар,- а кто обещал со мной потанцевать?
Полицейские рысцой направились к выходу и в дверях едва не столкнулись с каким-то типом в такой же кожанке с блестящими заклепками, как и у Катрин.
– Поосторожней, сынки,- низким басом произнес тот,- я с дамой.- Тип в кожанке держал под руку какую-то вертлявую брюнетку с короткой, как у мальчика, стрижкой.- Пошли, Джулия!
– Извините,- пробормотал Лесток, но в это время к дверям подошел Катрин.
– Привет, Оскар,- поздоровался он с вошедшим,- ну, как медовый месяц? Да, кстати,- повернулся он к полицейским,- вот эти молодые люди прождали тебя тут целый вечер…
Маузер глянул в лицо Оскару. Да, он немного напоминал Салдама, но весьма отдаленно.
– Слушаю вас, сынки,- Оскар повернулся к полицейским,- зачем я вам понадобился?…
Лесток и Маузер продвинулись поближе к выходу.
– Собственно, мы ждали не совсем вас,- растерянно начал Лесток,- а точнее – совсем даже не вас…
– Ну зачем же обманывать,- вступил в разговор Катрин,- такие взрослые мальчики, а обманываете такого хорошего дядю,- он обернулся к Оскару,- неужели родители и педагоги не говорили вам, что нельзя говорить неправду?…
Катрин подошел к Оскару вплотную и, прошептав чтото на ухо, показал на полицейских.
– Ты думаешь?- несколько недоверчиво спросил тот.
– Конечно!- заверил его Катрин,- а иначе что бы они тут делали?
– Джулия, дорогая, иди за столик, я сейчас подойду,- сказал он своей спутнице.
Катрин, подойдя к Маузеру, взял его под руку. То же самое Оскар проделал с капитаном Маузером.
– Что вам от нас надо?- в один голос в ужасе
закричали полицейские. Педерасты только заулыбались.
– Сейчас узнаете. Держа перепуганных насмерть полицейских, гомосеки насильно потащили их в туалет на первом этаже.
