Кири ничего не ответила, а только обиженно поджав губки отвернулась на другой бок. Ну и ладно, я тоже обиделась и назло всем крепко-накрепко уснула. После тяжёлой дороги, я так уставала, что спать готова была где угодно и в какой угодно позе, даже стоя.
Очень тяжело было находится всё время в седле, сил не на что не оставалось, все мысли вылетели из головы, а в ушах был только цокот копыт и гул ветра, тело я перестала ощущать, особенно заднюю нижнюю его часть, ещё дня два тому назад. Судя по лицам окружающих, ощущения у всех были схожими. Только двое мужчин, что вели нас в перед, Ларс и Эрар, как будто не знали усталости, я даже не видела чтоб они спали.
Чем выше мы поднимались в горы тем становилось холоднее, воздух был тяжёлый, а кони все чаще начинали оступается о камин и уступы.
— Кири, — окликнула подругу, что со страдальческим лицом, скакала рядом.
После нашего последнего разговора, мы необмольвились ни словом.
— Да госпожа Ясмина, чего изволите? — вот зараза, характер показывает, значит дуется ещё, ну хорошо. И не успела я ответить её какой-нибудь колкостью как услышала.
Бах, бабах! Где-то громыхнуло так, что мой конь дёрнулся и встав на дыбы, с бешеной скоростью стал улепетывать от стройно идущих собратьев, в известное только ему направление. В гуле, что стоял в ушах от быстрой скачки я мимоходом уловила голос Эрара, что выкрикнул мое имя. Ну вот и пришел мой конец, вцепившись мертвой хваткой, до побелевшие костяшек в вожжи, думала я глотая, катившиеся из глаз слезы.
Мне казалось, что прошла вечность, но я опять услышала свое имя, предприняв огромное усилие я обернулась, Эрар на своем черном как ночь вороном коне, гнал за мной, во всю мощь лупя бедное животное. Но тут, опять громыхающий звук, Бах-баба-бабабах! И в нашу сторону сверху, начали катится камни разных размеров и форм, от совсем маленьких до громадных валунов. Впереди я увидела небольшую расщелину в скале и наверное чисто на уровне инстинктов, потому что даже подумать не успев, направила своего коня туда, сильно впившись шпорами ему в бока.
Конь взревел и дернув гривой, стремглав рысью понёсся в нужное направление. А я просто закрыла глаза, боясь увидеть масштаб разыгрывающейся катастрофы. Но мне пришлось открыть их от ужаса, когда я почувствовала, что конь резко притормозил, а я по инерции не удержавшись в седле дальше лечу вперед и вниз. Меня с бешеной силой ударило о каменистую землю и я покатилась вниз по пологому спуску приближаясь к высокому обрыву.
Сдирая кожу и ногти на руках пыталась уцепиться хоть за что-то, за какой-то камень или выступ, но всё было тщетно, я стремглав съезжала и шансов не упасть с обрыва почти не осталось. Но в какой-то момент, почувствовала на своем запястье стальную хватку, подняв свои полные ужаса янтарные глаза, я встретилась с горящими серыми.
Эрар полулежа, схватив меня за кисть руки держал, пытаясь спасти от падения. Но тут, опять послышался страшный Бах! И нас начало сносить в обрыв вместе с огромной грудой обвалившиеся камней. Помню что громко кричала, но в какой-то момент сильный удар по голове, унес моё сознание и я отключилась.
Глава 10. Красное озеро желания
Очнулась, с чувством сильной головной боли и лёгкой тошноты. По ощущениям, лежу на чем-то теплом.
Не открывая глаз начала ощупывать себя. Кожа во многих местах была сдёрта. Много ссадин и ушибов, на лбу огромная шишка. Осторожно открыла один глаз, второй со стороны шишки попросту, не открылся.
— «О, Великие Боги я представляю, что у меня сейчас за вид».
Покосившись единственным здоровым глазом вниз увидела, что лежу на Эраре. Мужчина был без сознания, а из рта, тянулась тонкая струйка крови. Первое, что пришло в голову,
— «Разбился».
Но быстро взяв себя в руки, начала проверять пульс. Как учила Кири. Пульс был слабым, но был.
Пока кроме, таких же ссадин и ушибов, сильных травм на теле мужчины видно не было. Он явно сильно ударился головой. Привстав начала оглядываться, мы валялись в каких-то листьях и груде сломанных веток. Вокруг были разбросаны камни и булыжники.
Увидев, каких огромных размеров некоторые достигали, поняла, что нам сильно повезло. Если бы хоть один, попал с такой высоты на нас, в живых мы бы не остались.
Так как мой единственный защитник, находился бессознания, решила действовать сама. Подняла голову, высота с которой мы летели была около 70 пядей. Скорее всего спасли ветки деревьев, вот откуда столько ссадин и царапин.
Мы находились в лесу, в непроходимых и диких чащах сурового северного континента.
— «О, Боги, если мы не умрем от голода и холода, то нас обязательно разорвут дикие звери».
И что могу сделать маленькая я, совсем не приспособленная к жизни в диких лесах.
И так я расстроилась, что слезы горячими ручьями ринулись из глаз.
Через пол часа, вдоволь нары давшись и на жаловавшись, на несправедливость судьбы. Даже смогла, слегка, приоткрыть второй глаз, видно слезы сняли отек. Это меня приободрило, и я решила взять себя в руки. Тем более у меня ещё тут тело в обмороке, мужское.
