К парковке главного корпуса Экономического факультета Нью-Йоркского Университета Макс подъехал на черной БМВ, той же серии, в которой устраивал их первые с Джейн свидания, только в этот раз модель была новее. Ему нравился приятный аромат нулевого, только с салона, седана, нравилось пользоваться возможностями красивой машины. Удобные кресла, исключающие саму возможность дискомфорта вне зависимости от количества часов, проведенных в пути, стильный дизайн, приятные ощущения при сжатии ладонями прохладной обивки руля, до мелочей продуманная эргономика. Резвость автомобиля произвела бы впечатление даже на искушенного гонщика, каким Макс не был, хотя никогда не упускал возможности прокатиться на мощной тачке. За последние месяцы он успел истосковаться по дорогой технике, обходясь подержанными и взятыми в прокат “американцами”, либо пассажирским сидением в тачках друзей, и сейчас ловил кайф, стартуя на светофорах и подрезая менее расторопных водителей. Ненадолго ему даже удалось забыться, наслаждаясь идеальной дорогой и парой сотен лошадей под капотом, предвкушая день, который, несомненно, должен быть особенным, по крайней мере, Макс готов для этого постараться. Но как бы ему не было комфортно управлять идеальным “немцем”, парень не смог удержать позитивного настроения, и мысли вновь и вновь возвращались к жгучей потребности высказать все, что накопилось одному обнаглевшему человеку. Брови нахмурились, а губы беззвучно шептали проклятия, главной идеей которых была: она не обнаглела? Рокер отчаянно боролся с потребностью покурить, чтобы тем самым хоть немного успокоить нервы, которые вторые сутки пребывали в весьма расшатанном состоянии.
***
Денек обещался быть дивным. Весна не просто стучалась в двери, она уверенным шагом прохаживалась по Манхеттону, даря всем желающим и не желающим теплый ветерок, возможность щеголять без утепленной верхней одежды и забросить подальше надоевшие за зиму зонтики. В ухоженных клумбах зеленела первая в этом году трава, и хотя сидеть на земле было еще довольно прохладно, многие пренебрегали осторожностью, наслаждаясь живым и виртуальным общением на свежем воздухе. Вокруг Университета парила несвойственная науке беспечность, то и дело слышался веселый смех и крики дурачащейся молодежи. Может, дело в том, что весна в Нью-Йорке действовала абсолютно на всех, не обделяя своим вниманием даже строгих преподавателей, которые на время дали слабину и спрашивали не так строго, как обычно или же совсем отпускали с занятий. На общем фоне веселья от предвкушения летних каникул серьезное и растерянное лицо Джейн особенно бросалось в глаза.
Девушка, нетерпеливо переминалась с ноги на ноги и нервно теребила конверт, рискуя в скором времени превратить его в подобие использованной промокашки.
— На какой машине он хоть будет? — спросила рядом стоящая студентка, зевая. Забрала шарфик у Джейн и накинула на голые плечи — она не рассчитывала провести на улице более пяти минут, и теперь, когда ожидание растянулось на четверть часа, ее била мелкая дрожь, заставляя жалеть об оставленной в корпусе ветровке.
— Понятия не имею, хоть пешком, лишь бы появился! — Джейн приподнялась на цыпочки, продолжая искать взглядом столь желанную в данный момент фигуру.
— Может, позвонить и спросить? — Салли начинала раздражаться, поглядывая на часы. До следующей пары оставалось менее десяти минут, и пропускать философию в ее планы не входило. Путь до нужного кабинета в общей сложности занимал минут семь, даже если девушки прямо сейчас сорвутся с места, у них будет отличный шанс опоздать.
— Он задержался всего на пять минут, рано еще звонить! — возразила Джейн, взглянув на дисплей телефона, она умышленно преуменьшила время ожидания.
— Слушай, я пожалуй пойду, а ты оставайся и жди своего друга! — дернулась Салли в сторону корпуса.
— Салли, нет, пожалуйста! — Джейн удержала сокурсницу за руку. — При тебе он не станет сильно ругаться, ну, по крайней мере, не прибьет меня, как обещал во время разговора.
— Джейн, нас не пустят на философию! — продолжала ныть девушка. — Ты понимаешь, что…
— Кажется, это Макс! — Джейн подняла вверх руку, все еще сжимающую мятый конверт, и замахала. Рокер, увидев девушек, кивнул и направился к ним.