“Возвращаясь в привычную среду, человек вновь становится наркоманом”.
“Героиновая наркомания настолько тяжелая, что может толкнуть человека на прием наркотика спустя месяцы и годы, после последнего приема, это причина того, что от героина трудно избавится, хотя это и возможно сделать”
Джейн не верила, что все это происходит с ней, что эти проблемы касаются именно ее, что ужасная история ее любимого всего лишь очередная цифра в статистике. Не кто-то там, по телевизору в глупом сериале про золотую молодежь, не где-то там, в Голливуде, Майями, Лос-Анжелесе, а все здесь, все происходит с ней в ее городе, так близко, катастрофически близко. Кобейн, Хендрикс, Моррисон… Поисковик выдал списки сотен известных музыкантов, актеров, моделей загубленных белым порошком. “…от этого (героина) трудно избавится, хотя это и возможно сделать”. Возможно сделать. Если есть хоть один шанс, они воспользуются им. Однажды Макс уже смог завязать, теперь у него есть Джейн, его шансы автоматически удвоились, нет, утроились. Удесятерились.
У миссис Эшли, миловидной полной добрейшей женщины и, по совместительству, библиотекарю в гимназии с религиозном уклоном, сжималось сердце. Она весь день наблюдала за худенькой девушкой, ссутулившейся над клавиатурой и напряженно вглядывающейся в мелкие буквы на мониторе. Миссис Эшли уже давно поняла, что девушка корпит не над рефератом, настолько измученный был у нее вид. Покрасневшие глаза, плотно сжатые губы, бледное лицо, периодически нервно вздрагивающие плечи, казалось, она даже не моргает. Миссис Эшли прекрасно знала Джейн и очень любила робкую милую девочку, немного запуганную суровыми родителями, очень уважала ее отца — строгого, но справедливого директора. Джейн всегда была очаровательным ребенком, что же заставило ее так измениться за последние месяцы? Еще год назад она не могла спокойно пройти мимо расчерченных на асфальте классиков, веселилась с подружками, в этой самой библиотеке, играя в шашки. Сегодняшний тяжелый взгляд буквально гвоздями прибивал к полу. Уж кто-кто, а миссис Эшли за двадцать лет работы в школе повидала разных студентов, и отличников, и хулиганов, намеренно портящих книги и хамящих по поводу и без. Она умела общаться с разными детьми, в том числе и с неблагополучными, всегда знала, что и когда сказать, за что ее и уважали. Но под сегодняшним взглядом Джейн, просящей подключить интернет к дальнему компьютеру, растерялась.
Женщина прекрасно знала, в каком классе учится Джейн, уточнить расписание девочки не составило никакого труда — она прогуляла занятия, практически все. Что же у нее случилось? Конечно, миссис Эшли слышала сплетни, летающие от курилок за школьным сараем до учительских, что дочка директора встречается с бандитом на дорогой машине, но это же только слухи? Или нет? Бедная девочка, что же с ней случилось?
— Детка, ты уже четыре часа не отрываешься от компьютера, может тебе чаю вскипятить? — женщина не могла больше сдерживать себя.
Джейн вздрогнула, быстро сворачивая статьи, она так увлекалась чтением и своими мыслями, что совершенно не заметила подошедшую женщину. Что ей надо? Кажется, что-то предложила? Джейн огляделась — в библиотеке кроме них никого не было, посмотрела на часы почти два. Макс должен скоро подъехать.
— Спасибо, миссис Эшли, но я уже закончила, — Джейн быстро почистила Кэш-память компьютера, побоявшись чрезмерного любопытства библиотекаря, — уже ухожу.
— Джейн, у тебя все хорошо? Ты не заболела, милая? — ласково проговорила она, поглаживая по плечу. Джейн подняла глаза на женщину, поднялась, негрубо высвобождаясь от попытки приобнять.
— Все отлично, простудилась, наверное, голова болит, дома выпью горячего чая и залезу под одеяло, а завтра буду огурцом! До свидания! — и быстро вышла из библиотеки, пресекая дальнейшие попытки заговорить.
Конечно, у Джейн есть родители, миссис Эшли не должна вмешиваться, но она чувствовала, что с ребенком происходит что-то неладное. Она вышла в коридор и грустными глазами наблюдала напряженную тонкую фигурку, садящуюся в черную спортивную машину. Нужно срочно поговорить с ее отцом, а лучше, с матерью. Да, мистер Петерсон может наказать девочку и сделает еще хуже, а мать должна понять… Нет, это не ее дело. Зачем она лезет в чужую жизнь?
Но мысль о девочке не покидала женщину до самого дома, а потом во время приготовления ужина, встречи мужа с работы, совместного просмотра сериала. У миссис Эшли не было своих детей, она понимала, что не имеет необходимого опыта, да и права советовать. Может она действительно ошиблась? И девочка просто простудилась? Но мысль о ранней беременности и, возможно, последующем суициде не давала покоя. Сколько таких историй она видела! В конце концов, уже перед сном женщина набрала номер справочной и уточнила домашний номер родителей Джейн, трубку взяла Мэри.
— Я Вас слушаю, — вежливо ответила она.
— Добрый вечер, миссис Петерсон, это Джина Эшли, вы помните меня?
— Конечно, миссис Эшли, вы работаете в библиотеке нашей гимназии. Как у Вас дела?