– Родственникам Андрея сообщить нужно.
– Теща твоя в реанимации, а Люба голосит и ничего от неё добиться невозможно.
– У меня в блокноте должен быть записан его телефон. Только блокнот остался в квартире… Макс, ты не смог бы на несколько дней отпроситься… или не знаю, придумать что-нибудь с работой? Пока всё решится…
– Я это уже сделал, – успокоил его Максим. – Неделя у меня есть.
Они молчали довольно долго. Олег всё смотрел и смотрел на колючки звезд на черном бархате. Небо начало слегка светлеть. Макс осторожно тронул его за плечо и спросил:
– Может быть, ты бы лучше лег? День будет тяжелый.
– Не могу, – покачал Олег головой. – Ты иди, ложись. Не волнуйся, ничего со мной не случиться. И потом там Оксанка одна…
Максим поднялся и пошел к двери. Уже когда он был на пороге, Олег тихо сказал:
– Макс, у нас с Мариной ребенок должен был быть…
После того, как побывал на опознании, весь кошмар, в который Олег попал, показался ему детским лепетом. Одно воспоминание заставляло его невольно вздрагивать ещё долгие годы. А тогда… Если его о чем-то спрашивали, он отвечал. Он что-то делал, оказывается именно то, что было нужно в данный момент. Но внутри… он умер вместе с Мариной…
После того, что случилось, в квартиру Марины за полмесяца Олег попал всего лишь один раз – на следующий день после её смерти. Там он взял документы и свой блокнот. Олег боялся идти туда. Через несколько дней после похорон он вернулся на работу. Сотрудники смотрели на него с плохо скрываемой жалостью. Ему было безразлично. Он продолжал всё делать, как автомат. После работы он ехал на кладбище и долго стоял, глядя на свежие могилы Марины и Снежаны. Потом он возвращался домой, к родителям, односложно отвечал на их вопросы и уходил в свою комнату. У себя в комнате он лежал, глядя в потолок, или сидел и курил сигарету за сигаретой. Время остановилось. Олега не оставляло ощущение, что это всё же бред и он скоро придет в себя и всё будет хорошо, как и раньше. Иногда к нему заходил отец и сидел с ним. Они могли сидеть так молча, не говоря ни слова, часами. Правда, однажды отец попробовал пробиться через ту глухую стену, которая окружала сына.
– Олег, я понимаю, что это горе… не просто горе… названия этому нет, но нужно очнуться.
– Что ты предлагаешь? – Олег даже не повернулся.
– Не знаю. Ты не говоришь ни с кем, почти не спишь и ничего не хочешь есть. Скажи, если ты что-нибудь хочешь.
– Умереть.
– Ты не сможешь Марину поднять, если умрешь, – Олег упрямо молчал. Отец тяжело вздохнул. – В конце концов, если тебе это поможет, накричи на кого-нибудь, поплачь, напейся, в крайнем случае, только очнись. Очнись, пожалуйста, сынок!
– Не могу… – покачал он головой.
К реальности Олег вернулся спустя полмесяца, вернее, двадцать дней. В тот день зав кафедрой очень осторожно осведомился у него, не будет ли он против, если группу, которую курировала Марина передадут ему. Олег только утвердительно кивнул. Когда окончилась последняя лекция, к Олегу подошел староста группы и спросил:
– Олег Леонидович, вы не могли бы рассказать, как нам найти могилу Марины Викторовны? Я понимаю, что, возможно, я не вовремя, но мы всей группой хотели сходить туда. Все ребята выражают вам свои соболезнования. Правда, я попросил их не делать этого слишком бурно и когда вы пришли к нам на лекцию. По-моему, вам сейчас не до нас.
Олег благодарно, насколько мог, посмотрел на него и рассказал, как найти могилу. Когда Олег приехал туда, как делал это каждый день, могилы были засыпаны цветами. Он снова долго стоял и смотрел на них. Пошел мелкий осенний дождь. Стало холодно.
Олег вернулся домой. Родители уже были дома и приехали Оксана с Максимом. Мама встревожено посмотрела на Олега и спросила:
– У тебя всё в порядке? Ты сегодня очень задержался.
– Всё нормально, – кивнул он.
– Тогда идем ужинать. Мы только тебя ждем.
За ужином мама рассказала, что была у матери Марины. Её состояние понемногу улучшалось, и она передавала Олегу привет. Ещё мама сказала, что звонила Люба, сестра Марины, и просила, чтобы Олег перезвонил или зашел.
– Олег, наверное, тебе нужно поехать и забрать свои вещи, – осторожно сказал отец. – Я думаю, что ты останешься с нами. По крайней мере, пока. Так будет лучше.
– Да, – кивнул Олег и обратился к Максиму, – Макс, если ты не занят, давай съездим прямо после ужина, чтобы второй раз не возвращаться.
– Может быть, ты позвонишь Любе? – спросила мама.
– У меня ключ есть.
Когда они подъехали к дому, то увидели, что окна в квартире освещены. Олег не особенно этому удивился. Ключи от квартиры были у Любы. Кроме того, она и её муж были прописаны в квартире Марины, хотя жили с тещей. Это сделали, когда Люба вышла замуж, для того, чтобы она могла получить квартиру. Олега это не особенно интересовало – он так и остался прописан у родителей. Олег открыл дверь квартиры. В кухне слышались два голоса – Любы и её приятельницы. Она часто приходила к Любе. Голос Любы был совершенно спокойным и даже веселым.