Полководцы Святой Руси полностью

Но если не ударить сегодня, враг укрепиться, корабли доставят ему из-за моря подмогу, поползет шведская чума по Руси. Помощи ждать неоткуда, и коли сейчас Бог не даст победы, то потом одолеть шведов станет еще труднее.

Александр Ярославич принимает решение: быть бою.

— Лучники — вперед.

К лагерю шведов ведет только одна добрая дорога. Там ровно, хотя и тесновато, а значит, там может действовать окольчуженная конница. И князь велит спешиться большей части своих бойцов — кроме тех немногих, кто прибыл к битве в тяжелом доспехе и с лучшим оружием. Этих — поберечь для решающего часа.

Пешцы выдвигаются к опушке. Всадники медленно едут за ними, но остаются поодаль, чтобы ржанием коней не выдать приготовления к атаке. Копыта глухо тукают о глинистую почву.

Звучит княжеский рог!

И ливень стрел засыпает шведский лагерь. Падают чужеземные воины, выбегают из шатров военачальники, пытаются навести порядок в неразберихе. В страхе мечутся те, кого нападение русских застало во рвах. Первыми принимают смерть те, кто в полном доспехе и при оружии стоял на страже. Остальным еще надо облачиться в кольчуги, надеть шлемы.

А дождь из стрел всё не иссякает.

Из-за деревьев выбегают русские воины. Быстро преодолев расстояние до неприятельского стана, они секут мечами шведов, не успевших как следует изготовиться. Самые ловкие добираются до сердца лагеря, рубят секирами подпорные столбы начальственных шатров. Кое-кто уже у мостков, ведущих на корабли.

— Святая София-а-а-а! Помогай! — звучит боевой клич.

Первые несколько минут боя — решающие. Шведы деморализованы, шведы несут тяжелые потери.

Но предводитель захватчиков собирает вокруг себя лучших мечников, садится на коня, выдвигается вперед. Копье его находит первую жертву среди новгородцев.

И тогда Александр Ярославич оборачивается к дружинникам. Седобородые старики, служившие еще его отцу, и черноусые молодые бойцы смотрят строго: веди нас, княже, мы готовы! Князь, загораясь боевым пылом, кричит:

— Борис и Глеб с нами! За Русь!

— Бори-и-ис и-и-и Гле-е-е-еб! — раскатывается по опушке яростный вопль конницы, набирающей ход.

Вот до заслона, выставленного неприятельским вожаком, полсотни скачков… он видит русского князя и сам пускает коня в галоп… двадцать скачков… вьются на шведских рыцарских копьях цветные флажки… десять скачков…

Удар!

Враг летит наземь…

— Бори-и-ис и-и-и Гле-е-е-еб!

— Бей! Руби!

Спины шведов, бегущих к кораблям… Блеск новгородских топоров, с тяжким стуком обрушивающихся на выпуклые бока вражеских судов… Крики раненых, звон оружия…

Шведы кое-где еще сопротивляются, но участь их решена.

Житийная повесть сообщает о нескольких героях, сражавшихся в дружине Александра и новгородском ополчении: «Проявили себя здесь шесть храбрых… мужей… Первый — по имени Гаврило Олексич. Он напал на шнек [шведское судно. — Д. В.] и, увидев „королевича“, влекомого под руки, въехал до самого корабля по сходням, по которым бежали с „королевичем“[63]; преследуемые им схватили Гаврилу Олексича и сбросили его со сходен вместе с конем. Но по Божьей милости он вышел из воды невредим, и снова напал на них, и бился с самим воеводою посреди их войска. Второй — по имени Сбыслав Якунович, новгородец. Этот много раз нападал на войско их и бился одним топором, не имея страха в душе своей; и пали многие от руки его, и дивились силе и храбрости его. Третий — Яков, родом полочанин, был ловчим у князя. Этот напал на полк с мечом, и похвалил его князь. Четвертый — новгородец, по имени Меша (Миша). Этот пеший с дружиною своею напал на корабли и погубил три корабля. Пятый — из младшей дружины, по имени Сава. Этот ворвался в большой… златоверхий шатер и подсек столб шатерный. Полки Александровы, видевши шатра падение, возрадовались. Шестой — из слуг Александра, по имени Ратмир. Этот бился пешим, и обступили его враги многие. Он же от многих ран пал и так скончался».