Силы у Юрия Долгорукова были не очень большие, восемь с половиной тысяч человек, но войска отличались высокими боевыми качествами. Основу армии составляли шесть полков нового строя (четыре тысячи шестьсот пятьдесят шесть солдат и рейтар); их удачно дополняли отряды белорусской шляхты, перешедшей на русскую службу (три тысячи восемьсот девяносто один человек), имевшей хорошую военную выучку и превосходно знавшей будущий театр военных действий. На многочисленную конницу воевода Юрий Долгоруков возлагал особые надежды.
В начале августа Долгоруков находился уже в Вильно и сразу вступил «в войну», направив в Ковно и Гродно конные отряды. Но польский король прислал посольство для переговоров, и 27 августа Долгоруков «поворотился» в Вильно.
Сложилась тревожная и не совсем понятная обстановка. Польские послы вели в Вильно переговоры о возможном избрании на польский престол царя Алексея Михайловича, а тем временем гетманы Сапега и Гонсевский под прикрытием переговоров стягивали свои войска к Вильно. Юрии Долгоруков доносил в Москву, что «весь Виленский уезд, по обе стороны реки Вилеи, гетманы Павел Сапега и Гонсевский заступили». Однако приказа начать активные военные действия воевода не получил: русское правительство все еще надеялось на благоприятный исход переговоров. У Юрия Долгорукова оказались связанными руки, и он вынужден был бездействовать, хотя гетманы находились совсем близко от Вильно.
Во второй половине сентября 1658 года гетман Павел Сапега разбил свой воинский стан всего в десяти верстах от Вильно, а Гонсевский расположился еще ближе, на реке Вилее, в трех верстах от русских обозов.
Три недели русские и польско-литовские войска простояли друг против друга. Первым начал враждебные действия Павел Сапега. Его конница перехватила на походе небольшой русский отряд, двигавшийся в Вильно, и не пустила его к городу.
Юрий Долгоруков проявил большую выдержку, ничем не ответив на этот враждебный выпад, — переговоры в Вильно между русскими и польскими послами все еще продолжались.
Наконец, 9 октября 1658 года переговоры были прерваны, и через два дня русское войско преподнесло гетманам жестокий урок.
Сражение, которое произошло 11 октября 1658 года, было хорошо задумано и умело проведено, что, безусловно, свидетельствует о полководческом искусстве Юрия Долгорукова.
Военные станы гетманов разделяли несколько верст, и это давало возможность разгромить их поодиночке. Неосмотрительностью противника воевода Долгоруков воспользовался в полной мере. Напротив лагеря Павла Сапеги он поставил сильный заслон — своего «товарища» Волынского с пехотными полками «для обережения приходу гетмана Павла Сапеги». Гетманское войско так и не смогло принять участие в сражении, фланг и тыл русских был надежно прикрыт. Следовало позаботиться и о безопасности самого Вильно: гетман Сапега мог воспользоваться тем, что главные силы Долгорукова будут связаны боем с Гонсевским, и напасть на город. Чтобы этого не произошло, князь выделил сильный отряд под командованием своего «товарища» Сукина для прикрытия Вильно. Сукину предстояло крепко «стоять» со своими людьми «за обозом», чтобы неприятель «не учинил никакова дурна виленским слободам и обозу».
Расставив полки, Долгоруков с главными силами двинулся к селу Верки, где расположился Гонсевский. Гетман вывел в «поле» кавалерию и атаковал русских. Началась жестокая сеча, которая долго не приносила успеха ни той, ни другой стороне. Но поляки нигде не сумели прорвать русского строя. Если начинала отступать дворянская конница, на пути гусарских хоругвей стеной вставали солдатские полки, встречая врагов непрерывной пальбой из мушкетов и длинными пиками. Сражение принимало затяжной характер. Переломить ход его могли только свежие силы, а они у воеводы Долгорукова были. Он оставил в резерве два отборных московских стрелецких полка, дождался, пока кавалерийские атаки Гонсевского начнут выдыхаться, и двинул московских стрельцов в бой. Воинство Гонсевского не выдержало неожиданного удара свежих стрелецких полков и побежало. Началось преследование.
«А ратных людей его, гетмана Гонсевского, полку побили на голову, — доносил воевода Долгоруков в Москву. — И твои ратные люди его, гетмана Гонсевского, ратных людей секли на 15 верстах».
В руки победителей попал весь гетманский обоз, множество «полковников» и «ратных людей», знамена, пушки. И, что произвело особое впечатление на поляков, — в плену оказался сам гетман Гонсевский!
