Полночь: 12:09 полностью

– Давай! Михан, я же адвокат! Я если что, могу тебя прикрыть, ты же знаешь. Так что давай, подбирай портки, и пойдем, поохотимся.

У меня внутри все онемело. Я не могла им этого позволить. Я и так слишком многое позволила. Но это моя жизнь! Я хочу жить! Я не сдохну в этом чертовом лесу. Когда выбор встает ребром – действия очевидны.

Я начала судорожно натягивать на себя одежду. Руки не слушались, вещи путались в руках, но мне было плевать. Кое как напялив колготы и юбку, я прислушалась. Они все еще разговаривали и курили, недалеко от машины.

Моя белая куртка была не лучшим камуфляжем в темном лесу, но мне нужно было только добежать до края дороги, а там лес. Он укроет меня. Снять куртку я не могла в любом случае. Быстро натянув кофту и пуховик, я опустила ноги в приоткрытую дверцу автомобиля. Туда же сунула сапоги.

Аккуратно, стараясь не скрипнуть дверцей, я выползла на снег. Они все еще спорили о моей жизни, изредка вставляя смачные подробности о том, что им понравилось во время секса.

Натянув обувь, не выпрямляясь в полный рост, я сделала пару шагов в сторону леса, не отрывая взгляд от фигур. Еще шаг и еще. Стараясь передвигаться по снегу как кошка, легко и беззвучно, наступая сначала на пятку, а затем на носок, я делала шаги в сторону леса. Того самого леса, который казался мне темным и холодным.

Отойдя на приличное расстояние, я увидела, как мужчины повернулись. Вобрав в грудь побольше воздуха, я развернулась на одной ноге и бросилась в лес.

Бежать по лесу оказалось сложнее, чем я себе представляла. Кругом было много поваленных деревьев и оврагов.

Я представляла, что за мной гонятся все гончие псы из ада, бешенные создания сатаны. Однако понимала, что те, кто бежал за мной, выкрикивая ругательства, были еще хуже, чем все выдуманные чудища. Они, эти монстры, которые только что истязали мое тело и душу, были реальны.

Их крики становились все тише, но я не останавливалась. Бежала все быстрее. Это давалось мне с трудом, однако мой молодой организм был полон энергии.

Через минут двадцать, а может и больше, когда окончательно закончилось дыхание, а боль в правом боку становилась невыносимой, я решаю остановиться и комом валюсь вниз. Силы на исходе. Не могу отдышаться, сердце колотится, в груди горит огнем. Я лежу лицом в снегу, из моего рта вырываются только хриплые стоны. Однако лежать долго все же не могу. Они могут быть близко.

Встаю на ноги и замираю. Пытаюсь услышать шаги и топот ног, но ничего не слышу. Только тишина.

Где-то вдалеке слышен шум трассы. Замираю как испуганная лань в свете фар. Жду еще пять минут, десять, но слышу только стук своего сердца: бум бум бум. И тишина.

Моя куртка порвана, сапоги расстегнуты, но не до конца, шапки нет. Стараюсь поправить на себе одежду. По щекам бегут слезы. Из жалости, жалости к себе. Больше не чувствую ничего. Ни боли, ни страха, только отвращение. К себе, к мужчинам, к миру в целом. Ужасное чувство. Разрывает изнутри.

Сажусь на упавшее дерево и плачу. Слез почти не осталось, но я все равно плачу, тихо поскуливая, как побитая собака. Бездомная покинутая всеми побитая собака. Именно такой я себя сейчас ощущаю.

Спустя пару минут, а может и часов, когда закончились слезы, и паника начала отпускать меня, я решила взять себя в руки. В голове неожиданно закрутилась песня:

… И до утра буду слова собирать по углам,

Ты моя слабость, мой анестетик от ран.

Буду жива в пыльном свечении гаснущих ламп,

Но чем мне дышать, ведь воздуха здесь не осталось…

Совершенно дурацкая песня, которая поселилась в моей голове на повторе. Слова снова и снова крутились в голове как одержимые.

Я попробовала сменить позу. Ноги затекли от неудобного положения, спина начала ныть. Ссадины на локтях и коленях болели. Если бы не кромешная тьма я бы, наверное, снова расплакалась глядя на себя. Уверена, выгляжу сейчас как оборванка.

Я запела песню вслух, стараясь приглушить свой голос. На душе становилось легче. Кажется, простая песня с таким обыкновенным текстом помогла мне расслабиться. Мой мозг начал работать.

Судя по тому времени, сколько я находилась в тоннеле, я уже должна была доползти до озера в центре оазиса. Однако, этот тоннель был непохож на сливное отверстие. Скорее – забытый лаз.

Опустившись на согнутые локти, я поползла вперед. Решила ползти пока не закончится это чертово место, даже если в конце будет ад.

Ползти становилось еще труднее. Воздух был затхлый, голова кружилась. Жесткий песок под локтями больно царапал. Я громче запела песню. Если по моим щекам и текли слезы, то я их не замечала.

Неожиданно я подумала о своем любимом белом купальнике. Хотя навряд ли он сейчас оставался белым. Думаю, цвета земляного червя. Пустынного земляного червя.