Марина почувствовала мерзкую дрожь во всем теле. В мозгу вихрем пронеслись какие-то смутные воспоминания, суть которых она вряд ли смогла бы объяснить, но оставался осадок – тяжелый, муторный, такое состояние обычно появляется после ночного кошмара – вроде ты уже проснулся и понимаешь, что причин для страха нет и все уже позади, но в душе еще какое-то время шелестят лоскутья плохих сновидений, словно дергающиеся в конвульсиях куски разрубленной на части змеи. И почему-то эти воспоминания ассоциировались у нее с крайне отталкивающим типом в грязных лохмотьях, хотя, по большому счету, она должна быть благодарна ему, ведь, в сущности, он спас ей жизнь.
«А зачем? – вновь встрял в ее размышления тот же голос. – Для чего он спас тебя,
– Замолчи! – выкрикнула Марина, пугаясь звука собственного голоса.
Она приподнялась с несвежей, зловонной койки и огляделась. Влад лежал прямо на полу и храпел, задрав вверх массивный подбородок.
– Владик, очнись!
Парень продолжал безмятежно спать как ни в чем не бывало. В отчаянии Марина пнула его ногой. Влад даже не шелохнулся, и она испугалась по-настоящему. Ее муж всегда спал чутко и пробуждался от малейшего звука или движения. Что-то было ненормальное в том, что он не просыпался. Она присмотрелась. Рот ее любимого был приоткрыт, из уголка вытекала слюна, капая на пол.
– Влад, что с тобой?! – снова позвала Марина, но результат был тот же. – Да что же это такое!
Морщась от боли, девушка слезла с койки. То место на рваном покрывале, где находилась ее изувеченная рука, потемнело от крови.
Она обратила внимание, что в каюте царил полумрак. Значит, прошло уже достаточно времени, и близится вечер. Сколько она уже здесь? И почему они не плывут в больницу?! Ведь Влад говорил, что они должны были поехать к врачу!
Марину шатало, от потери крови у нее сильно кружилась голова, а перед глазами плясали мерцающие огоньки, будто предлагая ей поиграть в жмурки. Она присела на корточки и дотронулась до лица спящего Влада.
– Просыпайся! – крикнула она и дернула его за ухо.
Влад продолжал спать как убитый. Терпение Марины лопнуло, и она принялась в исступлении хлестать супруга по щекам, но он не просыпался. В какой-то момент Марине даже пришло в голову, что он попросту издевается над ней и лишь притворяется спящим.
«Может, ему что-то подсыпали?» – промелькнула у нее мысль, и девушка почувствовала, что сейчас расплачется. И где другие ребята? Катрин, Валик?
Марина выпрямилась и, превозмогая страх, все-таки посмотрела на руку. И хотя морально она уже давно готовила себя к этому, все же увиденное настолько потрясло ее, что слезы отчаяния снова хлынули из глаз. Вместо обычной руки, к которой она так привыкла, которая столько лет служила ей, которую она так любила, безвольно висел уродливый обрубок, замотанный грязной окровавленной тряпкой.
Она вытерла слезы и стала пробираться к выходу. Нужно срочно найти ребят.
Когда она с трудом поднялась наверх, в лицо тут же ударил сильный порыв ветра. Снаружи было прохладно, солнце нехотя спускалось к океану, уже коснувшись своим малиновым краем воды.
Девушка, подволакивая ноги, обошла катер. В кормовой части она наткнулась на Валика и Катрин. Ее друзья, как и Влад, были погружены в какой-то странный, ненормально крепкий сон, и, как ни старалась Марина, добудиться их она не смогла.
«Что тут происходит?! – металась в ее воспаленном от боли и паники мозгу мысль. – Почему они спят?!!»
Она огляделась и сделала еще одно неприятное открытие – катер никуда не плыл, а просто спокойно дрейфовал на волнах. Почему они остановились? И где этот Айс с хозяином судна?
Марина чувствовала, что ей становится хуже. Кожу покрыл липкий холодный пот, а мелькающие огоньки перед глазами сменились на ярчайшие всполохи, сияющие диковинным калейдоскопом. Она поняла, что если останется на ногах, то, скорее всего, упадет, и опустилась на четвереньки.
– Просыпайтесь, – всхлипнула она, с надеждой глядя на ребят. – Пожалуйста, просыпайтесь! Черт бы вас подрал!
Между тем океан буквально за считаные минуты заглотил солнце, о котором теперь лишь напоминала розовая полоска, постепенно растворявшаяся в сгущавшейся тьме.
Марина поползла. Она не знала, куда и зачем, все ее движения утратили последовательность и координацию, а мозг уже не контролировал их. Катер качнуло, и она чуть не завалилась на бок. Закусив губу, она поползла дальше. От напряжения швы на ее культе стали расходиться, и тряпки моментально набухли кровью, но Марина не замечала этого.