- Веришь, я могу произнести эту фразу на четырнадцати языках, - гордо объявил Патрик, блестя глазами. - К сожалению, и в Уэльсе тоже. Так что все проблемы там нам придется решать по-английски.
Софи проглотила слюну. Признаваться, что она свободно говорит по-валлийски, было слишком поздно.
Патрик же ее гримасу ошибочно принял за обеспокоенность.
- Милая, не волнуйся, там все говорят по-английски. А если кто-то не может, пусть пеняет на себя. Надо было выучить. Впрочем, - проговорил он после непродолжительного молчания, - они могут выразить пожелание зубрить французский. Существует Мнение, что Наполеон может направить свои корабли из Бреста через Корнуолл в Уэльс. То есть вторгнется в Англию с тыла.
- Ох уж этот Бонапарт. - Софи было трудно сконцентрироваться на международной политике, поскольку Патрик очистил еще один апельсин, отделил половину и начал медленно выдавливать сок ей в рот. Острый цитрусовый аромат приятно щекотал ноздри.
- Тебе не следует его бояться, - успокоил Патрик. - Наш "Ларк" один из самых быстрых кораблей в океане. У Наполеона таких нет. Его плоскодонки нас никогда не догонят.
- Клипер "Ларк" построен в Балтиморе?
Патрик был приятно удивлен.
- Да. У него V-образный корпус и очень высокие мореходные качества. А откуда тебе известно о "Ларке"?
- Ты думаешь, я не умею читать? Об этом писали в "Тайме", и не раз.
- Не ожидал, что ты читаешь "Тайме". - Патрик рассеянно съел апельсиновую дольку, которую собирался скормить ей. - Я вообще смутно представляю образ жизни молодых английских леди.
- Мама умерла, когда я был еще совсем ребенком, а когда вырос... - он пожал плечами, - то в Англии проводил мало времени.
- Понимаю, - прервала его Софи. - Но разве, находясь здесь, ты не встречался с дамами?
Он коротко рассмеялся:
- Признаюсь, встречался. Но это были не леди. Вернее, не совсем леди.
Патрик поймал себя на том, что ему нравится с ней общаться, что эта загадочная девушка с острым язычком и грустными глазами, его молодая жена, хороша не только в постели. Он придвинулся ближе и прижал Софи спиной к поручню. Сейчас их тела походили на два правильно сложенных элемента складной картинки.
Софи задумчиво посмотрела ему в глаза.
- Значит, ты побывал в четырнадцати странах?
- По меньшей мере, - ответил Патрик.
- Доведись мне путешествовать, - мечтательно проронила Софи, - я бы первым делом отправилась на Восток.
- А чем в течение дня занимаются настоящие леди? - неожиданно спросил Патрик.
- Они... хм, они ходят в гости на чай.
- Могу представить, какая это скука. Что еще?
- Ну, ездят за покупками.
- Какими?
Он плотно прижал свои бедра к ее. Софи охнула.
- Патрик! Нас же могут увидеть.
- Можешь быть спокойна, здесь нас никто не увидит. - Он взялся обеими руками за поручень. - Итак, что же покупают настоящие леди?
- Ну, разное, - лениво протянула Софи. - В основном одежду. Шляпы, платья... - Эта тема ей уже начала надоедать. Лично она за покупками ездила редко, предпочитая приглашать к себе мадам Карэм.
Как будто прочитав ее мысли, Патрик вдруг серьезно посмотрел ей в глаза.
- Выходит, ты каждый день ездишь за покупками?
- Я - нет, - проговорила Софи, оправдываясь. А затем вспомнила, что Патрик повеса. И не важно, что он сейчас прикидывается, будто не знает, чем занимаются леди. Какая ерунда! Ведь наверняка все свое время он посвящает охоте за ними.
- В общем, настоящей леди есть чем заняться. - Она с вызовом посмотрела на Патрика. - Но главная ее работа - это заказывать себе новые туалеты.
- Вот как? - протянул Патрик и снова пустил в ход губы, вызывая в Софи нежную, растекающуюся по всему телу, мягкую теплоту.
Произнеся слово "работа", она внезапно почувствовала прилив горечи. Ради замужества ей пришлось отказаться от очень многого. Становиться матроной, основная работа которой заключалась в поездках на Бонд-стрит, не хотелось. Наряды ее, конечно, интересовали, но не меньший трепет вызывало увлекательное погружение в дебри чужого языка.
Выражение ее лица Патрика слегка озадачило. Чего это она приуныла?
- Не желает ли моя чрезвычайно достойная жена удалиться вниз и принять ванну? - Он легко чмокнул Софи в бровь. - Потому что ее чрезвычайно достойный супруг должен поговорить с капитаном.
Глаза Софи просияли.
- Это было бы замечательно, - ответила она совершенно искренне.
- Тогда отправляйся. - Патрик с некоторой неохотой отстранился.
Оказавшись в каюте, Софи первым делом поручила позеленевшей от морской болезни Симоне приготовить бадью горячей воды, а затем застыла в странной позе, упершись спиной в тяжелую ореховую дверь, с наслаждением впитывая тишину и... одиночество. Да-да, одиночество. Она была сейчас одна, впервые со дня свадьбы.
Каюта Патрика представляла собой настоящие апартаменты, где каждый предмет мебели был прикреплен либо к стене, либо к полу, кроме стульев в гостиной, которые в шторм крепились к поручню на стене.
