Хотя инспектор Николино и поручил двум группам своих людей следить за Тони Риццоли, он недооценил его. К полудню Риццоли почувствовал за собой хвост. Когда бы Тони не выходил из гостиницы, в которой он проживал, за ним тут же увязывался кто-нибудь, другие же маячили в отдалении. Риццоли понял, что имеет дело с профессионалами, и это ему понравилось. Значит, с ним считаются.
Теперь надо было вывезти из Афин не только героин, но и бесценную антикварную вещь. «У меня на шее Альфредо Манкузо и Джино Лавери, и полиции кругом как тараканов. Мне нужно побыстрее кого-нибудь найти». Единственное имя, которое сразу пришло ему в голову, было имя судовладельца из Рима, правда, весьма незначительного, — Иво Бругги. Риццоли и раньше приходилось иметь с ним дело. Вряд ли что из этого выйдет, но попробовать стоило.
Риццоли был уверен, что телефон в его номере прослушивается. «Как-то надо устроиться, чтобы мне могли звонить в гостиницу». Он долго раздумывал над этой проблемой. Наконец встал, подошел к двери напротив и постучал. Дверь открыл пожилой человек с грустным лицом.
— В чем дело?
Риццоли призвал на помощь все свое обаяние.
— Извините, — сказал он. — Так жаль, что приходится вас беспокоить. Я ваш сосед, живу в номере напротив. Не позволите ли мне зайти на минутку поговорить?
Человек с подозрением разглядывал его:
— Сперва покажи мне, как ты открываешь дверь своей комнаты.
Тони улыбнулся:
— Разумеется. — Он подошел к своей двери, достал ключ и открыл ее.
Человек кивнул:
— Ладно. Заходи.
Тони Риццоли закрыл свою дверь и направился в комнату соседа.
— Чего надо?
— У меня сугубо личное дело. Так неудобно вас беспокоить, но… Ну, по правде говоря, я сейчас развожусь с женой, и она устроила за мной слежку. — Он с отвращением покачал головой. — Она даже поставила в мой телефон подслушивающее устройство.
— Бабы! — проворчал сосед. — Чтоб из всех черт побрал. Я со своей развелся в прошлом году. А надо было десять лет назад.
— Да что вы? Короче, я подумал, может, вы будете так добры и позволите мне дать ваш телефон парочке друзей, чтобы они могли мне сюда позвонить. Обещаю, часто они звонить не будут.
Человек начал было отрицательно качать головой:
— Не хочу, чтобы меня беспокоили…
Риццоли вытащил из кармана стодолларовую бумажку.
— Это вам за беспокойство.
Человек облизнул губы.
— А, тогда ладно, — сказал он. — Думаю, тут ничего страшного нет. Рад буду выручить товарища по несчастью.
— Очень мило с вашей стороны. Постучите мне в дверь, если мне позвонят. Я чаще всего дома.
— Договорились.
На следующий день рано утром Риццоли пошел на телефонную станцию, чтобы позвонить Иво Бругги. Он набрал номер оператора и заказал разговор с Римом.
— Signor Bruggi, per piacere.
— Non ce in casa.
— Quando arrivera?
— Non lo so.
— Gli dica, per favore, di chiamare il signor Rizzoli.
Риццоли назвал свой номер коммутатора гостиницы и своего соседа. Потом вернулся в гостиницу. Как же он ненавидел это свое обиталище. Кто-то однажды сказал ему, что по-гречески гостиница называется xenodochion, что буквально означает «помещение для незнакомых людей». «Куда больше похоже на тюрьму, мать твою…» — подумал Риццоли. Вокруг была уродливая мебель: старый зеленый диван, два подержанных столика с настольными лампами, небольшой письменный стол с настольной лампой и кровать, изобретение Торквемады.
Следующие два дня Тони Риццоли просидел в своей комнате, ожидая стука в дверь. За едой посылал коридорного. Никаких звонков. «Куда, черт побери, подевался Иво Бругги?»
— Риццоли отсиживается в гостинице. Двое суток никуда не выходит, докладывали инспектору Николино и Уолту Келли сыщики, следившие за Тони.
— Уверены, что он там?
— Да, сэр. Горничная видит его по утрам и вечерам, когда убирает в номере.
— Как насчет телефонных звонков?
— Ни одного. Что нам теперь делать?
— Продолжайте наблюдение. Рано или поздно он что-нибудь предпримет. Проверьте, работает ли подслушивающее устройство.
На следующий день в комнате Риццоли зазвонил телефон. «Дерьмо!» Бругги не должен был звонить ему в эту комнату. Он велел этому идиоту звонить в комнату соседа. Нужно быть осторожным. Он снял трубку.
— Слушаю.
— Тони Риццоли? — по голосу было ясно, что это не Иво Бругги.
— С кем я говорю?
— На днях вы приходили ко мне в контору с деловым предложением, мистер Риццоли. Я вам отказал. Сегодня я предлагаю обсудить все еще раз. Тони Риццоли внезапно почувствовал себя на седьмом небе. «Спирос Ламброу! Значит, засранец все-таки решился!» Он не мог поверить, что ему так повезло. «Конец всем моим проблемам. Смогу вывезти героин и старье из музея одновременно».
— Конечно. Буду рад. Когда мы сможем увидеться?
— Сегодня после обеда?
«Значит, он торопится. Все эти говенные богатеи одинаковы. Им всегда мало».
— Годится. Где?
— Может быть, вы зайдете ко мне в контору?
— Приду. — Тони Риццоли повесил трубку. Настроение было приподнятое. В холле гостиницы растерянный детектив докладывал в участок:
— Риццоли только что позвонили. Назначили встречу в конторе. Но звонивший не назвался, и мы не смогли выяснить, откуда звонок.
